Книга Семь моих смертей, страница 127 – Ефимия Летова

- Пойдёмте куда-нибудь, где… светлее? – неловко спросила я.

- На самом деле, я заказал ужин.

- В таверне на побережье?

- Верно.

- Спасибо. Это очень… кстати.

- Кроме того нам надо поговорить о том, что произошло сегодня, – сказал Ривейн, и я сразу сникла.

В своей прошлой жизни меня редко отчитывали – по большей части, было попросту некому.

Терпеть не могу отчитывания.

- Что это было, Ана? – регент прикрыл за собой дверь. Я огляделась: да, таверна! Вероятно, действительно закрытая на осень и зиму, но по приказу регента возвращенная к жизни за какой-то час.

Я увидела пару торопливо снующих туда-сюда поваров, судя по аппетитному запаху, не бездеятельно, девушку-служанку, подбрасывающую в бойко и вкусно потрескивающий очаг очередное поленце. В углу копошился молодой музыкант с семистрункой, с настолько взъерошенными кудрявыми волосами, словно его за них сюда и тащили. Рядом ещё один, пожилой и плотный, прикладывал к губам какую-то явно самодельную свирель воистину исполинских размеров.

Ривейн обстоятельно подходил к организации досуга для скучающей жены.

- Не хватает весёлой публики, – сказала я, с наслаждением ощущая обволакивающее тело тепло. – Вот только веселиться по приказу людей не заставишь.

Смутить его мне не удалось, регент только пожал плечами.

- Будем начинать с малого.

Музыка вплелась в воздух, сначала едва уловимая, но такт за тактом всё больше отвоёвывавшая себе пространство. Ривейн снял с меня плащ, влажный и, кажется, успевший пропитаться солью, усадил за накрытый стол. Всё явственнее становился запах жареного мяса.

Бедная стража, сторожит сейчас нас на пронизывающем холодном ветру.

- Что, вот так, без проверки на яд?

- Разумеется, с пробой. Не беспокойтесь. Ана, не увиливайте и объясните: что это вы устроили на площади? Я запрещал вам выходить из экипажа…

- А я вас не послушалась. Бросьте, Ривейн, на ваших руках кровь сотен, если не тысяч людей, а вы отказываете мне в праве всего на одного. Не тратьте время на глупые допросы. У нас свидание или как? И я хочу есть.

Я действительно вдруг почувствовала дикий голод и перевела взгляд на стол, который слуги успели заставить самыми разными блюдами.

Мясо. Хлеб. Яйца и грибы – это зимой-то! И рыба.

Слут, совершенно не помню, какой вилкой полагается есть рыбу, предполагалось, что я, будучи Мараной, совершенно её не люблю, а у Ривейна на морепродукты аллергия, так что за месяц моего пребывания в Гартавле рыбу не подавали ни разу, вот я и забыла. А грибы – какой вилкой едят? Неважно. Взяла руками, и прямо под тяжёлым взглядом Ривейна засунула в рот симпатичный солёный грибок со скользким поблёскивающим бочком.

- Что это было, Марана?

Еда явно попала мне не в то горло, и я сперва закашлялась до слёз из глаз, потом схватила первый попавшийся бокал и плеснула в него из открытой бутыли, но поняла, что напиток в нём довольно крепкий только тогда, когда уже проглотила. Ривейн забрал бокал у меня из рук и терпеливо ждал, когда я восстановлю дыхание.

- Я хотела… развлечься сегодня, – выдавила я. – А вы только и делаете, что читаете мне нравоучения. Хватит.

Еще кусочек мяса – пальцы выпачкались жирным ароматным соком, больше всего на свете мне хотелось их попросту облизать. Кровь низового, которая должна была вот-вот пролиться по моему приказу, пьянила куда больше любого вина. Пока шла по морозу, не чувствовала этого, а здесь, в тепле – расслабилась, поплыла.