Книга Последний гамбит княжны Разумовской, страница 60 – Ульяна Муратова

Я изо всех сил напрягла память, пытаясь вспомнить, говорил ли отец что-либо на этот счёт? Говорил. Врановские тогда очень жёстко казнили оборотников, которых успели поймать на своей территории, а остальным официально запретили появляться на землях клана. Однако объявления войны не последовало. А сейчас из-за оскорбления… или из-за убийства? Формально — из-за оскорбления, объявить войну другому клану из-за нападения на Разумовских Александр мог, но это выглядело бы странно. Мы же не союзники!

Всё же оскорбление — это казус белли. Нужно выяснить, что задумал Врановский и что он скрывает, а вот Полозовского лучше держать от себя подальше. Он пока ничем не доказал свою лояльность, а на Берского мог воздействовать… Да, я ни о чём подобном ранее не слышала, но кто знает, какие изобретения рождаются в клановых лабораториях Змеевольска?

— Мирияд Демьянович, я высоко ценю вашу помощь и ваше намерение, — как можно теплее улыбнулась ему. — Однако мне требуется время, чтобы всё осмыслить, отойти от шока, разобраться в ситуации и приглядеться к Врановскому. Официально приглашаю вас на чаепитие через три дня, в три часа пополудни. Если к тому моменту окажется, что мне требуется ваша помощь, я обязательно за ней обращусь. А пока я бы не хотела демонстрировать недоверие по отношению к Врановскому ни в случае, если вы правы, ни в случае, если вы ошибаетесь.

Полозовский ответил нейтрально, но я чётко ощущала разочарование и даже нотки злости.

— В таком случае не смею навязываться, Анастасия Васильевна. И всё же советую вам очень внимательно следить за Врановскими не верить ему на слово.

Мирияд откланялся и ушёл, а я вздохнула с облегчением.

К тому моменту практически все посторонние, включая Белосокольских, уже покинули терем. Светозар задержался, чтобы попрощаться со мной:

— Анастасия Васильевна, мои соболезнования вашей утрате. Если вам нужна будет помощь, вы можете смело обращаться ко мне. Я оставлю с вами Снежка. Он привык к компании Врония и не доставит вам неудобств. Если потребуется, просто привяжите к его ноге послание и дайте команду «Лети домой!». Он подчинится.

— Спасибо… Это неожиданно заботливо с вашей стороны.

Светозар лучисто улыбнулся:

— О, я уверен, что вы под надёжной защитой, однако ромалы в последнее время активизировались, так что будьте осторожнее. Усильте защиту периметра, если до сих пор не сделали этого.

От Белосокольского исходило искреннее сочувствие, а тёмно-карие глаза смотрели по-доброму, и я сдалась: протянула Снежку руку и ощутила, как он острыми коготками впивается в кожу.

— Вот, возьмите мой наруч, — снял и протянул мне его Светозар. — Снежок не захочет ранить вас намеренно, однако когти у него острые, как бритвы. А ты, дружок, не балуй. Жди письма! — наказал молодой княжич Белосокольских, и его птиц важно кивнул в ответ.

На этом Белосокольские тоже отбыли, в тереме остались лишь чета пожилых Ольтарских, Рублёвский и Врановские в полном составе.

Для начала я подошла к первым и попросила:

— Вы могли бы задержаться на несколько часов?

— К вашим услугам, Анастасия Васильевна, — мелодично ответила огненно-рыжая Ольтарская, чьё имя вылетело у меня из головы. Кажется, отец называл её Ладмирой. — Мы никуда не торопимся и побудем в отведённых нам покоях. Крайне сочувствуем тому, с какими испытаниями вам пришлось столкнуться за столь короткий срок.