Книга Жена двух драконов, страница 55 – Йона Янссон

Встречные слуги шарахались в стороны, замирая в испуге. Они видели не величественную госпожу, а безумную женщину с горящими лихорадочным огнем глазами. В этом взгляде читалась не власть, а боль, граничащая с помешательством.

Она знала, где искать Випсания. Не в покоях, не в саду и не на троне. Сегодня он будет в Зале Карт, где решаются судьбы, где на огромных пергаментах прокладывают маршруты. Туда вели узкие служебные лестницы, закрытые для жен и наложниц.

Не колеблясь, Венетия ворвалась в зал, распахнув тяжелую дверь так резко, что стража едва успела схватиться за мечи.

Огромное мрачное помещение с грубыми базальтовыми стенами освещали лишь редкие факелы. В центре, на полу, лежал гигантскийсвиток — карта горного хребта, исчерченная красными и черными линиями. Над ним склонился Випсаний. Тени, отбрасываемые огнем, чертили на его лице резкие, зловещие линии. Рядом застыл военачальник в синей стали.

Не останавливаясь, Венетия пересекла зал, оставляя влажные следы босых ног на камне. Она не кричала, не звала по имени. Просто рухнула на колени перед мужем, больно ударившись о пол, и вцепилась в край его тяжелого плаща, прижимая ткань к лицу как последнюю нить жизни.

— Умоляю вас! — голос сорвался на хрип, став почти нечеловеческим. — Прошу! Накажите меня! Моя жизнь в ваших руках… но пощадите их! Они ни в чем не виноваты!

Тело била крупная дрожь, пальцы судорожно сжимали ткань, пытаясь удержать саму волю Повелителя.

— Отец… — прошептала она, и это слово прозвучало как крик души. — Он отдал вам все, что имел! Отдал меня! Верил, что я… что я смогу… — голос дрогнул, она прижалась лбом к холодному полу, чувствуя, как прорываются рыдания. — Не заставляйте его расплачиваться за мою неудачу! Убейте меня, сожгите, изгоните — но не их! Не Трегор!

Это были не детские слезы, а плач женщины, осознавшей, что ее слабость стала смертным приговором для сотен невинных. Тело сотрясалось, плечи вздрагивали в такт беззвучным рыданиям, а пальцы все еще сжимали край плаща как последнюю надежду.

Випсаний не шелохнулся. Не отпрянул, не приказал страже увести жену. Он просто стоял, глядя сверху вниз. Лицо не выражало ни гнева, ни жалости, ни даже раздражения. Оно оставалось пустым, словно перед ним был не человек, не молящаяся душа, а назойливый шум, мешающий сосредоточиться.

— Решение принято, — произнес он ровным голосом, в котором не было ни тепла, ни холода. — Цепь последствий запущена. Вернись к себе, жена. Твое место — в покоях. Не унижай себя больше.

Не коснувшись и не взглянув в глаза, он просто отстранился — одним легким движением плеча, и ткань выскользнула из пальцев Венетии, как вода.

Два безликих стража мягко подняли ее с пола. Руки их были сильными, но не грубыми — так ведут безумцев, чтобы те не ушиблись. Венетия не сопротивлялась. Она обмякла, тело стало ватным, взгляд остекленел. Слезы продолжали течь, но она их уже не чувствовала.

Глядя, как Випсаний снова склоняется над картой, как его палец проводит линию от вершины Сердца Горык долине Трегора — линию, по которой уже летит смерть, — она поняла: он не просто не слышал ее. Он не мог услышать. Потому что для него она больше не человек. Она — ошибка в системе. Функция, которая не сработала. И система очищает себя — без жалости, без сомнений, без эмоций.