Книга Мой крылатый капитан, страница 70 – Анна Тарханова

К счастью, коридор был прямым, никуда не сворачивал и вел к еще одной двери, на этот раз металлической и аккуратно выкрашенной в белый цвет. Рядом с дверью располагался абсолютно не вписывающийся в атмосферу остального дома сканер сетчатки.

Шестирукий намотал цепь еще сильнее, подвинул меня в сторону и наклонился над устройством. В голове пронеслась мысль, а не придушить ли его, пока есть возможность? Мы были одни в замкнутом пространстве закрытого коридора…

Единственное, что удерживало меня от подобного шага — страх за остальных. Даже если бы все получилось, велика вероятность, что крылатых перебили бы прямо в камерах. Да и не известно в каком состоянии после боя капитан. А еще я помнила о том, что в самом начале нашего разговора сказал Дорок — ему советовали убить нас, а значит, в некотором смысле, его жизнь вместе с этими ужасными извращенными планами — гарант нашей жизни. Я скрипнула зубами от досады, с ненавистью покосившись на шестирукого. Тот поймал мой взгляд и широко улыбнулся.

— Вижу, ты возвращаешься к жизни, — прокомментировал он, толкая дверь. — Это хорошо, я ведь обещал тебе рассказатьо ритуале. Добро пожаловать в прежний Итор! — театрально провозгласил он, входя следом.

Я ошеломленно замерла на пороге. Место, в которое привел меня Дорок разительно отличалось от всего, что я видела на этой планете до этого момента. Если бы не саднящая под ошейником шея, я бы решила, что перенеслась на Панкар.

Белоснежные комнаты медицинского центра не имели окон, свет, режущий глаза, шел от многочисленных светильников и прожекторов. Вдоль стен стояли рабочие столы с самыми настоящими компьютерами, в прозрачных шкафах теснились колбы с чем-то красным. По лаборатории сновали одетые в белоснежные халаты сотрудники.

Увиденное было настолько неожиданным, что я не сразу заметила отгороженную ширмой кушетку, около которой суетились двое медиков. Но потом я заметила на полу длинное черное перо…

— Руно, — охнула я и рванулась вперед. Цепь натянулась, но потом ослабла, позволяя мне продолжить движение.

Я подбежала к ширме, и остановилась, боясь заглянуть за нее. Когда, наконец, решилась, оказалось, что волновалась я не зря — капитан лежал на кушетке без движения, глаза были закрыты, а крылья безвольно свисали на пол.

— Что с ним?! — обратилась я к шестируким в белых халатах. Прежде чем ответить, они посмотрели мне за спину, и, видимо, получив разрешение от красноволосого, нехотя пояснили:

— Крылатый введен в искусственный сон. Будет в порядке.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я медиков. Дорок за спиной мерзко хохотнул.

— Поблагодаришь их, когда закончат с тобой, — ядовито протянул он и бросил конец цепи от моего ошейника к ногам врачей. — Эту на вечерний ритуал. Но сначала выберите из нее все, что может пригодиться.

Я побледнела и беспомощно оглянулась по сторонам. Один из шестируких поднял цепь и пристегнул карабин к крюку в ближайшей стене. Затем отошел к своему столу и нажал несколько кнопок. Часть стены отошла в сторону и напротив кушетки, на которой лежал капитан, выехала еще одна точно такая же.

Я машинально отступила. Ну уж нет. Им придется меня тоже усыпить, сама я туда не лягу!

Но все оказалось гораздо проще. Никто не стал меня уговаривать, угрожать или ловить — медик просто нажал еще на какие-то кнопки, и цепь, пристегнутая к стене рядом с кушеткой, начала натягиваться, постепенно укорачиваясь. Чтобы не повредить шею,мне вскоре пришлось подойти вплотную к кушетке, а потом и залезть на нее. Шестирукий остановил механизм только когда цепь стала настолько короткой, что фактически притянула мою голову к подушке, лишив всякой возможности к сопротивлению.