Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 109 – Карисса Бродбент

Но Азар смотрел вовсе не на пейзаж, и взгляд его не туманили воспоминания. Он смотрел вниз – на свои руки.

Какая-то особенно яркая молния разорвала небо надвое. Гладкие камни сотряс внезапный рев, который для грома казался слишком живым. Я попятилась, успев схватиться за камень, но нога соскользнула в воду. Посмотрев назад, я увидела, что кровь подернулась рябью, словно бы от движения тысяч невидимых рыб. Под нами кружили пожиратели душ, сужая круги, так что кровь от их силуэтов стала темнее.

Что-то явно пошло не так.

– Что случилось? – спросила я, подойдя на шаг ближе.

Элиас тоже всматривался в Азара, как волк.

Азар встретился со мной взглядом, и меня резануло всплеском его паники.

Не говоря ни слова, он ослабил шнуровку на своих кожаных наручах. Стянул перчатки и закатал рукава черной рубашки до локтей.

Он смотрел на руки, словно бы не веря своим глазам.

Да, признаться, и я тоже не могла поверить.

Его правая рука, та, что без шрамов, теперь выше запястья целиком почернела. Чернила распались на отдельные линии, вьющиеся вверх по мышцам к локтю. С тыльной стороны ладони на нас смотрел открытый глаз, радужную оболочку которого окаймляли вихри тени. Это напомнило мне поврежденный глаз Азара – с облаками, звездами и галактиками внутри. На левой руке линии татуировки были темно-красные и переплетались со шрамами, будто спутанные корни. Глаз на обратной стороне этой руки был закрыт; из-под века вырывались чернильные молнии. От обеих татуировок, пульсируя, поднимался красный дымок, словно пар от свежевыкованного клинка.

Это была печать.

Печать наследника, отмечающая законного правителя одного из трех вампирских царств.

Азар таращился на свои руки, не мигая, ничего не говоря – да, кажется, он даже дышать перестал. Его лоб бороздила та особенная морщина, свидетельствующая о глубокой задумчивости, словно бы он пытался разобраться, происходит ли все на самом деле, или же это шутка, которую сыграл с ним нижний мир.

Я, в отличие от Азара, нисколько не сомневалась. Все было по-настоящему.

Да, по-настоящему.

А это значило, что его отец – Рауль, король Дома Тени, – мертв.

Когда Азару наконец удалось оторвать глаза от своей печати, он сразу встретился взглядом со мной, словно бы искал безопасную гавань.

Элиас сделал вперед шаг, потом другой. Он молчал. По лицу его ничего понять было невозможно. На секунду мне показалось, что он сейчас падет на колени. Рыцарь же, как-никак.

Но когда Элиас открыл рот, то произнес вовсе не клятву преданности своему новому королю и не слова скорби по старому.

Он просто сказал:

– Ну наконец-то, мать твою.

И всадил кинжал Азару в бок.

То был этакий небрежный удар. При обычных обстоятельствах Азар никогда бы такой не пропустил. Элиас повернул нож, выдернул его из тела. Луче испустила рев, сделавший бы честь стражу нижнего мира, и набросилась на Элиаса. Я сдавленно закричала и рванулась вперед, но Чандра отдернула меня:

– Нет! Не мешай ему…

Азар быстро пришел в себя и вытащил меч, а Элиас со всей силы отбросил в сторону Луче. Магия Азара полыхнула в ответ, но она была какая-то беспорядочная, лишенная обычной четкости. Он был ранен и опешил от неожиданности.

Я оторвала от себя Чандру, пытаясь вызвать огонь, но он отзывался слишком медленно.