Книга Брошенная драконом. Хозяюшка звериного приюта, страница 55 – Дита Терми, Эя Фаль

И тогда на его коже, прямо над сердцем, началопульсировать свечение. Это был сложный, древний символ – сплетение терновых корней и драконьих крыльев, выжженный не в бумаге, а в самой плоти.

Я сразу поняла, что это. Знак древнего рода Стоунхилл. Магический контракт с самой землей, который невозможно подделать.

Старший маг сузил глаза. Его холодный, аналитический взгляд скользнул с причитающей Иларии на багровеющего Гаррета. Затем он долго рассматривал Торрина и его знак. В этот момент Дом – наш старый, живой Дом – вдруг тихо, утробно заурчал. По его стенам пробежала золотистая искра, подтверждая связь со своим хозяином.

– Интересно, – произнёс старший маг, и в его ледяном тоне прорезались нотки металла. – Наш детектор зафиксировал вовсе не «тёмную магию», как изволите утверждать вы, граф де Вальмон. Это был мощнейший, кристально чистый выброс энергии пробуждения древнего Очага. Такой резонанс возможен только в одном случае – при наличии прямого, законного права на эту землю.

Лицо Гаррета вытянулось, приобретая сероватый оттенок. Илария осеклась на полуслове, продолжая усиленно хлопать глазами, но теперь в них читалась паника. Наёмники за их спинами сконфуженно переступали с ноги на ногу, пряча мечи. Ветер перемен подул не в их сторону, и магический знак Торрина сиял ярче любых слов.

Это было доказательство крови. То, чего у Гаррета быть не могло по определению.

– У графа де Вальмона, насколько мне известно из архивов короны, таких прав на Гиблые земли нет, – продолжил старший маг невозмутимо. Он повернулся к Гаррету и приподнял вопросительно бровь, в которой сквозила ирония: – Будьте любезны, граф, предъявите документы, на основании которых вы предприняли эту… весьма шумную «силовую инспекцию».

Гаррет побледнел до синевы, но попытался сохранить остатки лица. Его челюсть сжалась так, что послышался скрежет.

– Конечно! Мои управляющие… они готовили бумаги! Это временное управление, подтвержденное печатью наместника, пока законный владелец считался мёртвым!

– Предъявите пергаменты, – перебил маг, и в его голосе зазвенели требовательные нотки, от которых у Гаррета дёрнулось веко.

Один из наёмников, дрожа от страха, подал магу изящный ларец из красного дерева. Тот щёлкнул замком, достал свиток с тяжёелой сургучной печатью и развернул его. Я увидела на воске тот же герб – корни и крылья.Но Дом… Дом остался мёртв. Ни одна искорка не пробежала по стенам, ни один зверь в лесу не подал голоса. Печать лежала серым, безжизненным пятном.

– Магическая связь отсутствует, – сухо констатировал маг, проводя пальцем над свитком. – Печать мертва. Это подделка. Или, что вероятнее, – его взгляд стал острым, – оттиск был получен под давлением или обманом, наложенный на документ, не имеющий никакой юридической силы. Древний закон этой земли не признаёт вашу власть, граф де Вальмон. Вы здесь – не более чем обыкновенный разбойник.

– Это ложь! Заговор! – завопил Гаррет, окончательно теряя остатки своего хваленого аристократического самообладания. Его лицо перекосилось, превращаясь в уродливую маску. – Эта ведьма всё подстроила! Она и этот проклятый дракон, они вступили в сговор с силами бездны! Это морок, галлюцинация!

Старший маг лишь слегка повёл пальцем, и Гаррет мгновенно замолчал. Его рот продолжал открываться и закрываться, но не доносилось ни звука, будто его крик наткнулся на невидимую стену. Сила королевского надзора была сокрушительной – эти люди были живым воплощением Закона, и против их воли не мог выстоять даже разъярённый дракон. Это были сильнейшие маги королевства, и сейчас они вершили не просто суд, а ритуал истины.