Книга Другая жизнь Адама, страница 39 – Юрий Усачёв

Аналитик отошел назад, оглядел все картины и плюхнулся на диван, раскинув руки в стороны и широко раскрыв глаза:

– Гермес! Так, значит, Караваджо знал, как устроен мир! Он прекрасно понимал, что никто никогда по-настоящему не умирает. Через эти картины художник говорил нам о том, что человек перемещается между разными вселенными. Он телепортируется и живет дальше в других сюжетах. Так же и Марио в этих картинах – это разный Марио! Вернее, один и тот же, но якобы после очередной смерти. А мы, наблюдатели, смотрим теперь на эти картины. Боже мой! Именно это мы можем сделать! Отследить, как умирающий переходит из одной картины в другую. Ой, то есть из одной вселенной в другую. Нам нужен новый человек с четырьмя спиралями, за которым мы будем следить непрерывно!

Гермес не мог скрыть своего удивления:

– Ты хочешь воскресить Адама?!

Аналитик скрестил руки и улыбнулся:

– Зачем? Мы его родим.

Мои способности к обучению были гораздо выше, чем у других. Никаких гениальных математических подсчетов. Я просто мог быстро обучаться, потому что нейронные связи в моем мозгу прорастали с бешеной скоростью.

Когда я очнулся, внутри меня была белая пустота. Я говорю «белая», потому что обычно пустота ассоциируется с чем-то депрессивным. Во мне не было ничего. Даже эмоций. Хотя я не ощущал никакой ущербности от этого, ведь мне не с чем было сравнить. Никакого опыта. В памяти клеток только биологическое развитие, а в памяти ДНК на тот момент все было в спячке.

Со мной занимались много специалистов. Это была своего рода семья. Меня любили. Оживив свои сенсоры, я чувствовал это. Но меня не просто так создали под названием «Проект “Адам 2.0”». Я – вторая попытка общества идиозиса осуществить эксперимент отслеживания квантовой телепортации.

Когда аналитика К418БСИОА1 посетило озарение, он сразу же направился в проектировочный отдел. Вместе с командой из нескольких подчиненных он описал все свои мысли в виде огромной ментальной карты и представил на собрании руководителей остальных отделов подземных лабораторий.

Удивительно, но никакого сопротивления не было. Немного критики и корректировок – проект «Адам» разработан, одобрен, поддержан, профинансирован.

Предвкушая запуск, руководитель отдела биологических разработок спросил:

– С каким биоматериалом будем работать? Нам нужны яйцеклетка и сперматозоид, которые будут совместимы и максимально быстро образуют диплоидную клетку. Мы, конечно, обеспечим комфортные условия для развития плода, но все-таки нам нужен сильный материал. Рисковать кодами ДНК настоящего Адама мы не можем. Его много, но последствия пока непредсказуемы.

Все присутствующие задумались. Руководитель отдела загрузки информации в идиозис разрушил давящую на всех тишину:

– У кого есть предложения? Мы можем запустить футуромоделирующие программы, чтобы рассмотреть эти последствия, чтобы каждый вариант…

– Это лишняя трата времени, – перебил аналитик К418БСИОА1. – У нас уже есть все, что нужно.

– О чем это вы?

– О базе данных на совместимость. Когда мы добровольно заперлись здесь, отдел генетики собрал наши биоматериалы и провел всевозможные варианты скрещивания. У нас есть нужная информация. Какая пара самая совместимая и способная родить максимально здоровый плод?