Книга DARKER: Бесы и черти, страница 37 – Екатерина Белугина, Дмитрий Лазарев, Максим Кабир, и др.

А затем другие кресла въехали в коридор, толкаясь; на некоторых из них восседали кустарные куклы и костистые творения безумных таксидермистов; в недрах изолятора № 113 заурчала тьма, а снаружи глянцевито-блестящие жуки пересекли покрывало для пикника, забрались в контейнеры и приступили к трапезе.

– Ножа не найдется?

Чернов вздрогнул и проснулся. В первые секунды не сообразил, где находится и почему уснул в такой позе: шея затекла, в глаза как песка насыпали, ноги онемели. Все еще в машине. А снилось почему-то море.

За лобовым стеклом открывался вид на вереницу автомобилей в четыре ряда. В заднем был точно такой же. Пробка не сдвинулась ни на метр.

– Нож, говорю, есть?

Женщина заглядывала в окно со стороны пассажирского сиденья. Точнее, заглядывал ее бюст, обтянутый не по размеру узкой и белой майкой-алкоголичкой, а следом – широкая улыбка. Губы обветренные, один зуб сколот. Это делало улыбку неприятной. Глаз женщины Чернов с водительского места не видел.

– Нет, – ответил он на автомате, даже не задумавшись.

– А ты в бардачке пошарь, – не отставала женщина и наклонилась ниже.

Лица целиком по-прежнему не было видно, зато вырез майки открылся с нового ракурса. Чернов с трудом отвел от него глаза и послушно открыл бардачок. На сиденье тут же вывалились мятые документы, открытая пачка крекеров и смотанные в морской узел наушники-ракушки.

– Ну! – Женщина просунула руку в окно, а потом запустила в бардачок. Чернов на всякий случай отстранился. На пол полетела обертка от шоколадки и какие-то желтые крошки. Кажется, от чипсов.

– Да нету, – окончательно проснувшись, сказал Чернов колыхающемуся в оконном проеме бюсту, но тут его обладательница, как заправский фокусник, извлекла из недр бардачка канцелярский ножик: маленький, в ярко-фиолетовой рамке, будто бы детский.

– Жалко тебе, что ли! – Ухватив добычу, рука скрылась. Грудь тоже. Зато показалось лицо: розоватое, тоже обветренное и в блеклых веснушках. Волосы у нее были светлые, очень коротко остриженные неаккуратным ежиком. – Мы там решили пикник устроить, парни костер развели. А ножей нету… Я возьму, короче? Есть хочется очень.

– Бери, – безропотно согласился Чернов и незаметно спрятал пачку крекеров. Есть действительно хотелось.

– Ты тоже приходи, если что. – Женщина одной рукой прижала к себе ножик, словно боялась потерять, а второй махнула, указывая направление. – Вон там, километра полтора, за грузовиком с капельками.

– С капельками?.. – не понял Чернов.

– Ну да, водовоз, на нем капельки нарисованы. Козырное место забили! – рассмеялась она. – Никого к себе не берем. Но ты приходи, ты ножик дал, мы тебяза это покормим. А может… – Она вперилась в него глазами и облизнулась. – Может, еще чего придумаем… Скучно тут одному, а? Ты симпатичный вроде.

– Ага, – согласился Чернов осторожно и сразу подумал, есть ли веснушки у нее на груди, такие же, как на щеках.

Когда женщина с ножом ушла, ему стало стыдно. Несколько часов в экстремальной ситуации, а уже думает о сексе с другой женщиной. А у него, между прочим, жена есть. Надо бы ей позвонить.

Чернов потянулся, разминая плечи. Нашел на приборной доске смартфон, вынул из замка зажигания ключи. Перед тем как вылезть из машины, сунул в рот один крекер, а остальную пачку спрятал между сиденьями. Потом запер двери и медленно пошел туда, где началась пробка, посмотреть, как там дела.