Онлайн книга «Детектив к зиме»
|
Костя покосился на елку, за которой стояла заветная открытка. — Удивительно, что она до сих пор сохранилась! Потом ведь еще Отечественная была, столько всего сгорело в пожарах… — Сгорело, — согласился Клочков, — но эту картинку я сберег. Она со мной всю войну прошла, в нагрудном кармане лежала. Тут, видишь ли, какая история… — Он покряхтел еще более смущенно. — Мать мне, мальцу, сказку про нее сочинила. Дескать, всадник этот — непростой. Он нашего семейства покровитель. Может, когда-то кому-то другому помогал, а потом его потеряли, и он через отца в наши руки перешел, теперь за нас отвечает. Бережет, пособляет… А еще желания исполняет. — Это как? — Сила у него есть чудодейственная. Если очень-очень захотеть и крепко об этом подумать, то все исполнится. Только у меня ни разу такого не получалось. — Клочков пригорюнился, отодвинул от себя тарелки. — Видно, не умею хотеть как надо. — А если бы умели, что бы тогда случилось? — допытывался Киселев, невольно включившись в забавную игру. — У вас бы на сберкнижке сто тысяч появились? Или вы бы в «Спортлото» выиграли? Николай Петрович насупился. — Денег я никогда не просил и не буду. Они как пыль: принесло, унесло… Желание, мать говорила, должно быть от сердца, выстраданное, какое не в рублях меряется и не в долларах. Я всю жизнь гадаю: а какое? Потому, верно, и не сбывается ничего. Толком обрисовать его не могу, не разумеет меня огненный всадник, плечами жмет и едет мимо. Мол, подожду, пока этот остолоп сообразит, чего же ему не хватает… — А если бы сообразили, что тогда? — не унимался Костя. — Он бы к вам приехал? Николай Петрович выказал признаки неудовольствия, молвил с сердитыми нотками: — Ишь, пристал! Байка это, выдумка, а ты всерьез! — Помедлил, а затем все-таки досказал: — Кабы решил он мое желание исполнить, то объявился бы, наяву себя показал. Вот хотя бы по озерцу этому проскакал… Клочков махнул рукой на затканное сумерками окно, за которым в свете луны поблескивал ледяной панцирь, покрывавший маленький поселковый водоемчик. — И тогда сбудется? — Сбудется. — Николай Петрович встал из-за стола, собрал посуду. — Поздно уже, а я не полуночник, да и тебе надо режим соблюдать. А то после праздников ползаете по льду, как раки-отшельники. Сейчас чаю попьем — и на боковую. Любопытство Киселева не было удовлетворено. Еще один вопрос не давал ему покоя, и Костя увязался с Клочковым на кухню. Дом был подключен только к холодному водоснабжению, отсюда возникали некоторые бытовые неудобства. Николай Петрович нагрел на газовой плите полную кастрюлю, вылил содержимое в тазик, добавил пару кружек, налитых из-под крана. Тронул рукой: годится. Пока мыли в теплой воде тарелки и вилки, Киселев улучил момент и высказал то, что давно вертелось на уме: — Я догадываюсь, чего вы хотите. Чтобы «Аврора» в этом сезоне в медали попала, да? Николай Петрович хрипло рассмеялся и схватился руками за край таза, чуть не опрокинув его на себя. — Ну ты ляпнул, омуль байкальский! Эдакого желания ни один чародей не исполнит, даже рыбка золотая! Хотел было Костя обидеться за себя и товарищей по команде, но рассудил, что Петрович, в сущности, прав. Никто «авроровцев» со дна не вытянет, кроме них самих. Обращаться с подобными просьбами к высшим силам — глупо. |