Книга Шпилька. Дело Апреля, страница 44 – Гала Артанже

– Будет сделано, Софья Васильевна.

Он отключил телефон, глубоко вздохнул и поднял взгляд к небу. Где‑то вдали солнце ещё пыталось пробиться сквозь тучи, но над головой уже сгущался плотный свинцовый полог. Данилин поёжился. Надвигалась буря. Не та, что приносит дождь и ветер, а та, что рушит привычные расклады, переворачивает всё с ног на голову и заставляет готовиться к самому неожиданному.

Одно Данилин знал наверняка: Софья Васильевна обязательно докопается до истины.

Московская весна приветствовала Софью Васильевну не робкой капелью или нежным дуновением, а едким, колючим ветром, будто сама столичная земля бросала вызов её характеру. Но что значили эти метеорологические выкрутасы для женщины, пережившей и не такое? Внутренний азарт докопаться до истины пылал куда горячее любых природных капризов.

Перед встречей со следователем Киршевым Софья Васильевна уже подготовила плацдарм для интеллектуальной атаки. Видеосвязь с Киршевым накануне принесла первые результаты поиска. И эти сведения были, мягко говоря, разочаровывающими.

Итак, девичья фамилия Тамары – супруги художника – Осипенко. Не редкость, конечно, но и не Иванова‑Петрова‑Сидорова. Киршев, зная примерный возраст Любочки, отыскал в Москве трёх подходящих женщин. И здесь – полный провал: ни одна из них не имела дочери. Классический тупик, от которого опустились бы руки. Собственно, ради преодоления тупика Софья и рванула в столицу с намерением взять неприступную крепость, чего бы это ей не стоило.

Кабинет следователей отдела уголовного розыска встретил приславского детектива казённой строгостью. Интерьер помещения контрастировал с экстерьером элегантной Софьи до такой степени, что казалось: она случайно попала в этот аскетичнй мир. От образа бывшей пенсионерки‑учительницы не осталось и следа. Идеальная стрижка, продуманный деловой костюм, цепкий взгляд исследователя – всё кричало о женщине, знающей себе цену и способной поставить на место любого оппонента.

– Здравствуйте, Валерий Сергеевич, – произнесла она с улыбкой, одновременно выражающей и иронию, и профессиональный азарт. – Как говаривал один известный сыщик, игра началась!

Киршев, привыкший к сухому служебному общению, на мгновение растерялся. Видимо, такого напора и харизмы от женщины её возраста он не ожидал. Но быстро взял себя в руки – профессионализм есть профессионализм, а его Киршеву было не занимать.

– Добро пожаловать, Софья Васильевна. Рад познакомиться лично.

Софья присела напротив. Взгляд скользнул по помещению. Секундная пауза – и глаза вспыхнули азартом следопыта, жаждущего распутать хитроумный клубок противоречий.

– Валерий, можно на «ты»? В силу моего… скажем так, жизненного опыта?

Киршев тут же кивнул. Он уже наслышан от Данилина, что с Софьей Васильевной лучше не спорить, а внимательновникать.

– Отлично! Теперь слушай, – сказала она тоном, будто уже выиграла первый раунд, – что, если мы ищем не там, где надо? Вернее, идём не тем путём?

Киршев напрягся. Внутренний радар сыщика моментально уловил: сейчас начнётся интеллектуальная атака, от которой не спрячешься за казёнными формулировками.

– Я давно подозреваю, что поле поиска должно быть у́же, чем нам кажется, – Софья отбивала ритм ручкой по краю стола, словно дирижировала оркестром собственных мыслей. – Помнишь данные о родителях Светланы Емельяновой? Сухоруковы! Держу пари, что Любовь Андреевна Сухорукова и есть наша загадочная Любочка Осипенко! Как говорится, все дороги ведут в Рим, а в нашем случае – к Сухоруковым. Поищи‑ка в базе их домашний адрес. Ты говорил, что они торговлей занимаются. Разузнай и это: чем и где торгуют.