Книга Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола, страница 212 – Анна Лерн

— Чего остановилась, дамочка? — хмыкнул мой провожатый. — Некогда нам видами любоваться.

Остальные мужчины засмеялись, вызвав у меня чувство отвращения. Мы пошли по поселению, и я с ужасом видела людей, которые жили здесь. Они казались тенями, одетыми в грязное тряпьё. У многих не было даже обуви. Лица бедняг выглядели измождёнными, серыми от усталости и недоедания, а глаза... Их глаза ничего не выражали. Ни гнева, ни надежды, ни даже страха — только тупая бесконечная апатия. Это было не просто поселение. Это было кладбище живых душ.

Моё сердце сжималось от боли и дикой несправедливости. Я не могла понять: как люди могли относиться вот так к другому живому существу? Неужели в душе Вейла и ему подобных ничего не отзывается на эти страдания? А была ли вообще у них душа?

Вскоре вязкая грязь уступила место широкой каменной дороге. И чем дальше мы шли по ней, тем сильнее менялся воздух. Запах нечистот сменился свежестью, смешанной с незнакомыми, но чарующими ароматами. А буквально через пару десятков метров перед нами появились массивные кованые ворота. Когда они отворились, я ахнула. Это был настоящий райский сад, полный экзотической зелени. Огромные папоротники с резными листьями, пальмы с широкими веерами крон и неведомые кустарники, усыпанные цветами всех оттенков радуги: от ярко-пурпурных до нежно-голубых. Воздух был напоён густым, почти осязаемым ароматом этих цветов, перемешанным с лёгким запахом морского бриза. Вдоль аккуратно вымощенных дорожек, посыпанных мелким белым гравием, стояли мраморные статуи. Раздавалось журчание воды: похоже, где-то неподалекубил фонтан. Сквозь заросли проглядывал двухэтажный особняк из светлого камня. Его колонны и террасы казались ослепительно белыми на фоне буйной зелени. Это было настолько контрастно, что я будто перенеслась в совершенно другой мир, где один шажок отделял ад от рая.

Мы поднялись по широким ступеням и вошли в дом. В просторном холле, залитом мягким светом, проникающим сквозь высокие арочные окна, нас уже ждала строгая пожилая женщина. Она была одета в тёмное платье без единой складки, волосы стянуты в тугой пучок. Цепкий оценивающий взгляд скользнул по мне, но лицо угрюмой тётки при этом не выражало никаких эмоций.

Мой грубоватый сопровождающий обратился к ней:

— Хозяин приказал, чтобы глаз с этой дамочки не спускали.

Женщина едва заметно кивнула, а затем, повернувшись ко мне, резким голосом произнесла:

— Иди за мной.

Я стала молча подниматься за ней по широкой лестнице из тёмного резного дерева, ступени которой были устланы толстым мягким ковром глубокого бордового цвета. Стену украшали картины в тяжёлых золочёных рамах. Мы завернули в длинный коридор, в каждом простенке которого стояли высокие вазы с пышными цветами, похожими на те, что росли в саду. Всё здесь говорило о несметном богатстве, и я явственно ощущала давящую, холодную атмосферу чужого, враждебного мира.

Женщина остановилась у одной из дверей, отворила её и жестом пригласила меня войти. Комната была просторной и светлой, обставленной дорогой мебелью. Большие окна выходили на другую сторону дома.

— Будешь жить здесь. Взаперти. Пока хозяин лично не даст мне распоряжения по поводу тебя, — холодно произнесла она и добавила, прежде чем уйти: — Меня зовут Марта. Да, кстати, вокруг полно охраны, так что не вздумай делать глупости.