Книга Трюкач. Выживший во Вьетнаме, страница 90 – Пол Бродёр

Молодой полицейский снова подошел к их автомобилю и склонился к раскрытому окну. Камерон, казалось, перестал дышать.

– Шеф говорит, что все в порядке, мистер… – Камерон едва слышно выдохнул, от чего стекло в маске слегка затуманилось. – …Коулмэн. Следуйте за мной, я поеду впереди.

Камерон не поверил своим ушам, сердце переполнил ужас, по спине побежали струйки пота.

– Спасибо за заботу, – пробормотал он, – но это, право, лишнее. Мы знаем дорогу.

– Приказ начальника полиции, сэр. Он велел сопровождать вас до места и оказать всяческую помощь.

– Еще раз спасибо, но помощь нам не требуется. Я ведь хочу всего-навсего получше изучить…

Но парень уже спешил к своей машине, считая лишним обсуждать приказы начальства.

– …подъезд к мосту и течение внизу, – сказал Камерон ему в спину и шепотом добавил несколько крепких выражений в его адрес. Повернувшись к Нине, он устало пожал плечами. – Придется подчиниться, другого выхода нет. Посмотрим, что будет дальше.

– И что же может быть дальше? – поинтересовалась она, нажимая на стартер и выруливая вслед за патрульной машиной.

– Вдруг подвернется какой-нибудь выход, всякое бывает, – буркнул Камерон.

Он сказал это просто так, только чтобы успокоить девушку. У него не было ни малейшего представления, что теперь делать. Но тут случилось вновь неожиданное: патрульный затормозил, вылез из машины и принялся расчищать дорогу от заграждающих путь козел для пилки дров.

Камерон вздрогнул. Еще в самый первый день Готтшалк, вводя его в курс дела, сказал:

– А дальше нашему путнику приходится остановиться – на дороге навалены козлы. Он вылезает и оттаскивает их на обочину… Вот и выходит, что режиссер прав, только искусство и реально, жизнь повторяет кино… Готтшалк и эту ситуацию предвидел. Недаром он предположил, что беглец должен будет убить полицейского!

Ведь убийство этого парня в данном конкретном случае и есть их единственный шанс на спасение, подумал Камерон и почему-то вдруг вспомнил, как он мысленно представлял, что гонится за мальчишкой, которому он так легкомысленно дал свой автограф.

* * *

Они подъехали к мосту. Чем же он станет – своего рода съемочной площадкой, где действие будет разворачиваться по воле режиссера, или последней вехой на пути к свободе? Камерон подивился лихости, с которой ранее решил, что достаточно раскрутить пленку наоборот, чтобы все обошлось или хотя бы вернулось на свои места.

Полицейский припарковал свой автомобиль, вылез наружу и уставился в их сторону. Но внимание Камерона было занято другим. Он смотрел на новенькие перила моста, блестевшие в свете фар оранжевой противокоррозийной краской. Раньше их не было. Значит, их сделали в последние день-два, и поэтому тогда на мосту валялись инструменты. Это круто меняет дело, подумал Камерон. Перила не только предотвратят грядущие катастрофы, но и послужат прямым доказательством, что никакой катастрофы не было и ранее.

Тут он увидел, что со стороны реки перил еще не было. Значит, тут техники Готтшалка соорудят заграждения из папье-маше, и именно отсюда он должен со свистом низвергнуться вниз. Потом звукорежиссер наложит шумы – скрежет и лязг металла, а над ним сомкнутся волны, и он погрузится во тьму, которая навсегда поглотит его…

– Приехали, – тихо сказала Нина.

Камерон вышел из машины, подошел к краю моста и прислушался к шуму волн. На душе его по-прежнему было неспокойно.