Онлайн книга «Трюкач. Выживший во Вьетнаме»
|
Нина все еще стояла на коленях. Он повернулся к ней и повторил; – Не бойся, это я, – Я начинаю в этом сомневаться, – договорила она. Он машинально поднял руку и дотронулся до левой щеки. Действительно, подумал он, я ли это? Нет, только половина меня. Его снова затрясло в ознобе, и он тяжело опустился на стул. Нина поднялась и, подойдя к буфету, налила полный стакан виски. – Ну и видок у тебя! – она протянула стакан Камерону. – Откуда ты взялся, скажи на милость? Он кисло улыбнулся и сделал два больших глотка. – С крыши. От крепкого напитка на глаза навернулись слезы, сквозь которые проступило озадаченное лицо Нины. Только сейчас до него дошло, что довести свою миссию до конца будет не так легко, как ему представлялось. Чтобы ее уговорить, придется полностью разгримироваться и все о себе рассказать, иначе ничего не выйдет. – Ты как-то странно на меня смотришь. Что, не узнаешь? Она уселась на кровать и задумчиво покачала головой. – Сама не знаю. Согласись, в этом трудно разобраться. После того, что произошло вчера, потом сегодня утром… А теперь твое несколько странное появление… – Вчера? – он вскинул брови. – А что произошло вчера? – Нет, ничего… Я наблюдала за тобой на колесе, мне было очень… не по себе. – А, ты имеешь в виду тот трюк! Ерунда. Поверь, такие штуки меня совсем не пугают. – Вот и он так говорит. – Так ты была в вертолете? – Да. Камерон прикусил губу, чтобы не задать готовый сорваться с языка вопрос. Он помолчал и безразличным тоном спросил совсем другое: – Ну, и как я выглядел сверху? Ты что-нибудь чувствовала, глядя на меня? – Да. Я боялась. – Боялась, – повторил он. – Понятно. За меня? – Не только. За себя тоже. Он все время повторял, что если я смогу почувствовать волнение и страх за твою жизнь, мне лучше удастся роль жены астронавта. – Как ты думаешь, он о нас знает? – Пока что, видимо, нет, но при мысли, что он может догадаться, меня бросает в дрожь. Ты ведь знаешь его! – Да, он обладает сверхъестественным даром предвидения, – сухо проговорил Камерон и отхлебнул виски. Он вспомнил, как Рот упомянул, что режиссер намерен изменить сценарий и превратить обыкновенного беглеца в дезертира, а это уже значительно серьезней. Вспомнил и внезапное озарение, когда сценарист обмолвился, что главный герой непременно должен кого-нибудь убить, хотя бы для самообороны, тогда ему будет отрезан путь назад. Все это было так странно, непостижимо, в этом нет сомнения, но… Но все же тайна, которой были опутаны эти съемки, постепенно раскрывалась в его мозгу. Все состояло из каких-то отрывочных кусочков, маленьких и, на первый взгляд, незначительных эпизодиков. Осталось немного – надо только спокойно расставить их по надлежащим местам… – Наш милейший режиссер просто-напросто пытался поразить тебя своим умением видеть дальше других, но я затем и пришел к тебе, чтобы развенчать его так называемую интуицию и доказать, что это не что иное, как хорошо продуманный план. Понимаешь? – Нет, – она потерла переносицу. – Я уже ничего не понимаю. Какой план? – Помнишь, я ему сказал утром, что знаю его замыслы? – Допустим. – А то, как он старательно обходил стороной ответ на простой вопрос – останется ли жив наш беглец после автокатастрофы, – тоже помнишь? – Да… – Так что же тебе непонятно? Беглец не выживет. Он не должен выжить. Он должен погибнуть. В выдуманном сценарии – и в действительности. |