Книга Заложники пустыни, страница 36 – Сергей Иванович Зверев

Да, это был тот же самый туарег, что и в первый раз. Хотя нижняя часть его лица скрывалась под темно-синим платком (у туарегов он называется тагельмуст), Модибо Тумани его узнал. Держался туарег так же, как и в первый раз, — подчеркнуто спокойно и даже равнодушно.

— Что тебе надо? — спросил Модибо Тумани. — Зачем ты пришел?

— Я пришел передать тебе привет от твоих друзей, — сказал посланец.

Модибо Тумани брезгливо скривился, помолчал и спросил:

— И что им надо на этот раз?

— Твои друзья велели передать, что с твоей семьей все в порядке, — сказал посланец. — Пока — в порядке. Так они сказали, так говорю тебе и я.

— За этим ты и пришел?

— Не только за этим. Еще твои друзья хотят тебе сказать, чтобы ты не ждал вестей из Бамако. Не будет никаких вестей. Те четыре человека, которых ты послал в Бамако, туда не доехали. Их встретили на середине пути. Больше они никуда не поедут… Ты хорошо понял, что я тебе сказал?

— Я тебя понял, — через силу выдавил Модибо Тумани.

Он и впрямь все прекрасно понял — да и что тут было понимать? Кейта Коман и три жандарма, которых он послал в Бамако, до места не добрались. И никогда уже не доберутся. Их убили. Как именно они погибли, в чем оплошали — сейчас это Модибо Тумани не интересовало. Сейчас ему нужно было примириться с фактом, что его друга Кейты Комана больше нет в живых. И тех трех жандармов, имена которых он сейчас не помнил, — тоже. И неоткуда ему ждать помощи, потому что полковник Адама Моро так и не узнал, что же на самом деле случилось в Тауденни…

— Твои друзья советуют тебе никого больше не посылать в Бамако, — сказал посланец. — Ты постоянно должен помнить, что твоя семья — в их руках.

— Что еще мне советуют мои друзья? — спросил Модибо Тумани.

— Не советуют, а просят, — поправил посланник. — Они просят, чтобы ты сегодня же связался по рации со своим начальством в Бамако. И поторопил его. Ты должен сказать, чтобы они прислали в Тауденни как можно больше войск, и притом как можно быстрее. Скажешь, что ситуация выходит из-под твоего контроля, и сам ты не можешь справиться с ситуацией. Так и скажешь, а больше — ничего. Ни единого лишнего слова! А если тебя о чем-то будут спрашивать, то скажешь, что большего ты сообщить не можешь. Ты все понял?

— Я понял…

Туарег не сказал больше ничего. Он несколько секунд стоял неподвижно.

— Ступай, — сказал Модибо Тумани. — Тебя никто не тронет.

— Я это знаю, — сказал посланец, повернулся и неторопливо вышел. Да, он знал, что его никто не тронет, потому что Модибо Тумани не отдавал такого распоряжения…

Итак, было похоже, что Модибо Тумани окончательно загнали в ловушку. Кейта Коман и те три жандарма, которых он послал в Бамако к полковнику Адаме Моро, погибли, так и не добравшись до цели. Если бы Модибо Тумани вздумал послать в Бамако еще кого-нибудь, их так же ожидала бы та же самая участь. Конечно, можно было бы попытаться послать кого-то в обход, не по дороге, а по пустым и глухим местам, но — сколько бы времени заняло такое путешествие? Да дело, впрочем, было бы даже и не во времени, а в том, что в этом случае Модибо Тумани должен был бы тянуть время, что-то придумывать, надеясь тем самым обмануть Амулу или тех, по чьей указке он действует. Обманывать можно день, от силы два, а что потом? Потом кто тебе поверит? А не поверят — тогда может случиться непоправимая беда. Тогда могут расправиться с его семьей. Нет, посылать в Бамако больше никого не нужно.