Книга Горячее эхо песков, страница 2 – Александр Тамоников

Именно такой была группа спецназа КГБ в составе десяти человек под управлением майора Кирилла Иваницкого. Она специализировалась на подрыве объектов, саботаже и разведке. Бойцы изучаливзрывное дело, маскировку и методы внедрения в тыл врага.

В августе 1979 года группу Иваницкого отправили на очередное задание — в Пакистан. Но уже через две недели спецподразделение перестало выходить на связь. Люди пропали. Будто и не было никогда славной десятки тренированных, опытных, обстрелянных бойцов, побывавших до этого в самых сложных передрягах.

Пакистанское правительство приняло решение построить крупный завод по производству танков. За основу решено было взять китайскую версию танка Тип–59, которая, в свою очередь, являлась копией знаменитого Т–54. Пакистанские разработчики решили создать новые смертоносные машины со сваренной башней и двигателем от Leopard 1мощностью 1200 лошадиных сил. Основным орудием должна была стать 125-мм гладкоствольная пушка, копия советской 2А46, но со значительными улучшениями. Индия на тот момент уже закупала танки у СССР и знала, что в Пакистане планируется строительство завода. Разумеется, субсидировала создание предприятия западная сторона.

Индией в то время правил Нилам Санджива Редди, занявший пост президента в 1977 году. Он начинал как один из лидеров национального движения, в начале 30-х годов вступил в партию ИНК — Индийский национальный конгресс, некоторое время был ее руководителем. Принимал активное участие в кампании гражданского неповиновения. Редди являлся серьезным противником Индиры Ганди, которая в 1969 году сделала все, чтобы Санджива не стал президентом, призвав однопартийцев “голосовать по совести”. И у нее это получилось, тогда Редди не прошел во власть, однако в 1977 году он смог набрать необходимое количество голосов на выборах и получил доступ к управлению страной.

Редди обратился к советскому руководству с просьбой о помощи, и, таким образом, группа Иваницкого отправилась в опасную командировку. В ее задачу входило уничтожение почти построенного танкового завода. Все было продумано и выверено до мелочей.

Но группа бесследно исчезла.

Советская резидентура, пытаясь разузнать, что случилось с Иваницким и его бойцами, сбилась с ног, но на след исчезнувшей спецгруппы так и не вышла. Подключился российский дипломатический корпус в Пакистане, но и он не смог получить хоть какой-нибудь стоящей информации об исчезнувших бойцах.

Миновал почти год, как исчез Иваницкий со своими людьми, но никаких известий о них так и небыло. Десятерых бойцов спецназа и их командира внесли в скорбные списки пропавших без вести. А по сути, стали считать погибшими.

* * *

И вдруг случилось неожиданное: появилась надежда на то, что группа Иваницкого, возможно, и не погибла или погибла не в полном составе. Надежда появилась в результате информации, добытой советской резидентурой в Пакистане. Собственно, это была не полноценная информация, которой можно было бы безоглядно верить, а больше слухи. Но все же… Ведь до сей поры об Иваницком и его товарищах не было даже слухов.

А взялись они из агентурного донесения, которое получил советский разведчик с литературным псевдонимом Алексей Толстой. Агент обладал широкой агентурной сетью среди местных жителей. Одним из таких агентов был некий субъект неопределенных лет и таких же неопределенных занятий — Саанп. Такое труднопроизносимое и непривычное для русского уха имя в переводе с урду звучало как “змея”. Тип этот был мутный, но вместе с тем пронырливый. За те деньги, которые платил ему Толстой, он, случалось, добывал весьма ценные сведения. Откуда и каким образом, разведчик не знал, поскольку Саанп предпочитал не рассказывать о средствах, которые он использовал для достижения своих целей. К слову сказать, он и был чем-то похож на змею, этот самый Саанп: отчасти внешностью, но больше всего повадками. Но агентом он был ценным, и Толстой это ценил.