Книга Горячее эхо песков, страница 11 – Александр Тамоников

— И куда они подевались после того, как похитили юношу? — добавил Лютаев. — Ведь нет же никаких следов похищения! И никаких признаков слежки за нами тоже нет! Даже если бы они, допустим, летели вслед за нами по воздуху на каких-нибудь крыльях, мы бы и то об этом догадались! А вот никаких тебе следов, и все тут!

— И потом, — добавил Черняк, — если проводника и впрямь похитили, то это наверняка означает, что те, кто это сделал, следовализа нами. С самого начала, может быть, от самой границы. Но ведь никто же за нами не шел, иначе мы бы непременно об этом знали. Самое простое дело — установить, плетется ли кто-то за тобой следом. А ведь никто не плелся — разве не так?

— Так и есть, — с неудовольствием отметил Прохоренко. — И что же отсюда следует? А то, что юноша исчез по собственной воле. Спрашивается — для чего?

— Чтобы нам это понять, прежде нужно узнать, кто он таков, этот исчезнувший юноша, — заметил Иваницкий. — И узнать мы это можем лишь от проводников. По крайней мере, попытаться узнать. Потому что может быть, и они ничего не знают.

С проводниками говорили Иваницкий и Гудымов. Но особого толку не добились. Очень было похоже на то, что проводники и впрямь ничего не знают. Именно не знают, а не скрывают от спецназовцев то, что им известно об исчезнувшем молодом человеке. С тем Иваницкий и Гудымов и вернулись к своим товарищам.

— Скверное дело! — поморщился Лютаев. — Никто ничего не знает, а молодой человек взял да и бесследно пропал. Вот что я думаю, братцы. Сдается мне, что этот юноша кем-то подослан. И не просто подослан, а… В общем, тренированный этот парнишка. С повадками настоящего спецназовца либо охотника. Приставили его к нам, как есть приставили. Внедрили. Да так ловко, что мы ничего не заметили. Да и как заметишь? Вели нас от самой границы. А может, даже с того момента, как мы приземлились в Индии. Передавали из рук в руки. Обычное дело, если подумать.

Было похоже, что слова, сказанные Лютаевым, произвели на всех впечатление. Кажется, все думали то же самое, просто Лютаев выразил общую мысль вслух.

— Сдается мне, что мы угодили в ловушку, — задумчиво произнес Калинин. — Сейчас этот ловкий парнишка кому-то докладывает, кто мы такие, сколько нас и для чего мы сюда явились. А это означает, что через двадцать, а может, через тридцать минут кто-то явится по наши души. И тех, кто явится, будет много. Так много, что, пожалуй, со всеми нам не справиться.

— Нет, сюда они не явятся, — не согласился Иваницкий. — Если и явятся, то аккурат в тот миг, когда мы подберемся к заводу.

— Чтобы прихватить нас с поличным? — уточнил Егоров.

— Чтобы прихватить нас с поличным, — заключил Иваницкий. — Ведь смотрите, что получается. На данный момент мы никакие не преступники вглазах местных властей. Ну перешли границу, и что с того? Как мы знаем, границу в этом государстве переходят многие, повсеместно и в любом направлении. Другое дело — взрыв завода. Вот это и впрямь тяжкое преступление. И вот когда нас поймают на горячем, то тут им и доказывать ничего не придется. Все будет ясно и без доказательств.

— Ну и что будем делать? — спросил Егоров. И этот самый вопрос мог бы задать любой из спецназовцев, включая Иваницкого.

— Если рассуждать теоретически, на завод нам сейчас соваться нельзя — опасно, — подытожил Прохоренко. — Но есть теория, а есть практика. И они не всегда друг с дружкой совпадают.