Книга Кровавый гороскоп, страница 78 – Эш Бишоп

– Какой кошмар. Я ужасно вам соболезную.

– Спасибо. И пожалуйста, не забывай: эти предсказания не особо сбываются, – добавил Аббатиста. – Денег под крестом не нашли. Никто не исчез по дороге на работу. Астролога-убийцу ты не видел. Уверен, его не видел никто. Возможно, он затворник, живет в хижине, как Унабомбер^[9]. Уж я-то знаю, легко стать параноиком, когда чувствуешь себя беспомощным.

– Я не чувствую себя беспомощным, – заявил Бобби. – Я обрушу на него весь свой журналистский гнев, разоблачу его преступления, кем бы он ни был. Беспомощностью здесь и не пахнет.

– Спокойной ночи, Бобби, – послышалось на том конце, и звонок оборвался.

Бобби постучал в дверь Сары. Потом посмотрел под ноги и увидел записку, оставленную этим утром. Она лежала на том же месте, только теперь была развернута. Кто-то ее достал, прочитал и торопливо сунул обратно под коврик. «Может, ее смяла в негодовании Сара? Но зачем тогда было класть ее обратно?»

Бобби разгладил записку и заметил по краям грязь. В памяти всплыл тип с сальными волосами, шатавшийся здесь утром. «А может, это он вернулся и прочел записку?»

Бобби еще раз постучал в дверь, выждал пару секунд и продолжил колотить по двери, пока не заболел кулак. Потом сложил ладони козырьком и вгляделся в окно гостиной. Занавеска оказалась чуть приоткрыта, и ему была видна часть кухни – этого было достаточно, чтобы понять: там никого нет.

Бобби, зевая, устало побрел по Джуэлл-стрит. Глаза слипались, он весь сгорбился и рассеянно потирал локти. Дойдя до конца улицы, он увидел, как в алкогольном магазине «Брест Ликер» Панчо Эрнесто Бустос переворачивает табличку на «Закрыто». Вокруг по-прежнему было темно.

Если придется всю ночь наблюдать за квартирой Сары, неплохо бы подкрепиться.

По непонятной ему причине все магазины с алкоголем в Краун-Пойнте и Пасифик-Бич носили двусмысленные названия, типа «Брест Ликер», «Дикс Ликер», «Ликер Бокс» и «Ликер Джагз»^[10]. «Или это все – лишь в моем воображении?» – подумал Бобби, покупая сандвич с ветчиной и сыром и шесть энергетиков.

Дома Бобби первым делом подошел к шкафу. Вещей у него, в целом, было не так уж и много, но за несколько лет он собрал довольно приличный ящик всякого барахла. Порывшись, Бобби достал серебряную медаль, отложил ее в сторону, а затем вытащил бинокль – подарок от бабушки на шестнадцатилетие, к которому тогда прилагались билеты на бейсбол на самые престижные места за домашней базой.

Бобби бросил бинокль на диван, взял сандвич, две банки энергетика, встал коленями на подушки и, обхватив спинку дивана, прижался к ней животом. Зевнув, он открыл банку энергетика и сделал первый глоток.

Детектив Тереза Лапейр проснулась в шесть утра вся в холодном поту. Она сняла пижаму и залезла в душ. Тело сводило от боли. Пусть в заварушке на пирсе ее и не ранило, но от пережитого стресса нервы в спине сжались в комок. Петарды кинули сверху, с эстакады, это были мощные М–80, перевязанные веревкой от воздушного змея. Первый из двух вызванных вертолетов – новейших «Эм Ди 500Е», оснащенных двумя инфракрасными камерами, – прилетел ровно в тот момент, когда Тереза погружалась под воду. И не обнаружил ничего, кроме холодного серого океана.

А тремя милями южнее, на съезде к улице Сассафрас в центре города, во время обычной проверки на трезвость сотрудник дорожного патруля арестовал трех подростков, машина которых оказалась забита выпивкой и петардами М–80. Сообщалось, что кто-то кидал кирпичи в лобовые стекла машин и взрывал петарды на трассе от острова Харбор до бульвара Эль-Кахон. Подростки потом признались, что просто хотели «поучаствовать». Специальному агенту Бисбасу на лодыжку наложили шину.