Онлайн книга «Охота на зверя»
|
– Тебе так сказали? Почему? – Думаю, изначально это делалось, чтобы матерям сложнее было искать своих детей. – Джоди обнаружила, что на глаза у нее опять навернулись слезы. – Дело в том, что я совершенно не собиралась от тебя отказываться. Никогда. Меня заставили. Родители, монашки в школе. Я всем говорила, что хочу оставить тебя, но мне ответили, что уже поздно, поскольку бумаги подписаны. А я даже не знала тогда, что подписываю. Разлука всю жизнь меня угнетала. И я просто хочу попросить прощения. Я думала о тебе каждый день с тех самых пор, как ты родилась. Ты была желанным ребенком. Эшли извинилась, отъехала на стуле от стола и поднялась. – Мне надо на воздух, – пробормотала она. – Это… я не ожидала ничего подобного. Прости, я должна… просто… Джоди смотрела, как ее давно потерянная биологическая дочь смаргивает слезы и проталкивается сквозь толпу к выходу. Захотелось догнать ее и молить о прощении, но было ясно: если Эшли захочет, чтобы мать вошла в ее жизнь, то вернется. Уже во второй раз Джоди пришлось отпустить свою дочь. Глава 42 Джоди держала в секрете от Милы сам факт существования старшего ребенка, и продолжать хранить эту тайну оказалось не так сложно, как она опасалась. Побаловав себя еще одной кружкой пива, Джоди заказала тако навынос, поехала домой, отпустила Оскара, который присматривал за младшей дочкой, и уселась с ней на диване смотреть любимый сериал девочки. Из-за ужасных событий последних недель Мила будто вдруг стала младше своих лет. Джоди решила, что есть в этом и положительная сторона, ведь дочка не соглашалась сидеть вот так рядышком уже года три, если не больше. Можно было заключить ее в материнские объятия и наслаждаться покоем этого обычного, рядового момента. Дурацкая мыльная опера, маслянистый попкорн из микроволновки – идеальная жизнь, настоящее благословение. Ближе к полуночи обе сочли, что пора спать. Джоди выключила телевизор и решила, что посудой займется завтра. Она предложила помочь Миле добраться до спальни и лечь в постель, но девочка отлично передвигалась на костылях. Перед дверью в Милину комнату они застыли в долгом объятии, и Джоди сказала: – Очень рада, что у тебя все хорошо. – Я тоже, – согласилась Мила, – но немножко психую из-за главаря, который до сих пор где‑то на воле. Джоди кивнула, хотя и знала в глубине души, что им не о чем тревожиться. Она внесла участь Эверетта в список тайн, которые скрывала от дочери, и пожелала той спокойной ночи. Потом просто на всякий случай заперла все двери и окна, приняла душ, стараясь не слишком намочить бинты на ране, вытерлась и осторожно облачилась в мешковатую голубую пижаму. В голове роились мысли, и Джоди попыталась успокоить их своим излюбленным способом: почитать в постели стихи. На этот раз она выбрала Мардж Пирси, села, опершись на подушки, включила лампу и в ее мягком свете раскрыла книгу наугад, как иногда делала, когда на нее находило мистическое настроение. Открылась «Песнь кота». Джоди стала негромко читать ее вслух, ведь часто бывает так, что стихотворению тесно на странице и оно обязательно должно прозвучать. Кот протягивает из тьмы лапу и говорит: «Ты моя, Ты возлюбленная и подруга, ты игрушка и рабыня, — Говорит он и топчется на груди у тебя: Так он добывал молоко из сосцов мамы-кошки. — |