Книга Семь престолов, страница 213 – Маттео Струкул

Тот день было решено посвятить соколиной охоте, и в кожаную перчатку девочки глубоко впивались острые коготки Иерихона — ее любимого сокола, самого ловкого, никогда не упускавшего добычи.

Он взлетал в небо, неторопливо парил в вышине, а потом безошибочно пикировал прямо на добычу, и от этого полета захватывало дух. То, настолько он прекрасен в своей смертоносной грации, неизменно очаровывало Катерину. Конечно, она знала, что сокол убивает ни в чем не повинных птиц, но понимала и то, что, будучи хищником, он следует врожденному инстинкту, которому невозможно противостоять.

Сокол не думает об удовольствии или жажде крови, эти черты присущи только человеку. Вот почему Катерина предпочитала ловчих птиц охоте с собаками, на которой люди, движимые желанием убивать, загоняют кабанов и оленей часто не ради пропитания, а исключительно для собственного развлечения.

Она внимательно изучила чудесный трактат Фридриха II Штауфена «Об искусстве охоты с птицами» и теперь знала множество видов пернатых — водоплавающих, наземных, хищников и дичи. Девочка также выучила наизусть все правила соколиной охоты и порядок дрессировки ловчих птиц: пешком, на лошади, на привязи.

Больше всего ей нравились сапсаны, и поэтому для себя она выбрала Иерихона. Бледное оперение, длинный хвост, внимательные желтые глаза, острейшее зрение — все в нем было преисполнено такой благородной красоты, что Катерина не могла на него налюбоваться.

Вместе с отцом они доехали до болотистого луга: над ними открылась прозрачная синева неба. Ее собака, легавая, побежала изучать поляну и добралась до той части, где почва становилась болотистой и начинались заросли камыша. Там она, видимо, что-то учуяла и вскоре вспугнула крупную куропатку, которая мигом взмыла в воздух.

Катерина тут же стянула с Иерихона кожаный колпачок, и птица мгновенно, гораздо быстрее своей хозяйки и кого бы то ни было еще, вычислила путь добычи в небе.

Сокол сжал когти, будто привлекая ее внимание. Катерина подняла руку, и Иерихон тут же поднялся в воздух.

Взмахивая мощными крыльями, сапсан набрал высоту. Его движения были спокойными, похоже, птица никуда не торопилась. Описав круг по небу над головой Катерины, сапсан начал преследовать куропатку, которая заметила его слишком поздно.

Перепуганная птица отчаянно пыталась оторваться от хищника, но сокол ловко выбирал себе дорогу в небе и без видимых усилий неуклонно приближался к дичи.

Наконец измученная куропатка стала опускаться. В этот момент Иерихон спикировал и, когда добыча должна была вот-вот коснуться земли, схватил ее, вонзив когти в упругую мягкую плоть. Держа окровавленную птицу в когтях, он подлетел к Катерине и опустился на землю рядом с ней.

— Какая великолепная атака! — сказал герцог дочери.

Катерина покраснела от гордости и удовольствия. Иерихон не подвел ее.

— Вы прекрасно выдрессировали его, несмотря на свой возраст, малышка.

— Отец, я лишь постаралась воспользоваться вашими уроками, а также советами бабушки Бьянки Марии.

— И поступили правильно, Катерина. Ваша бабушка, несмотря ни на что, была необыкновенным человеком.

— Да, — подтвердила девочка, — я многим ей обязана.

— Как и все мы, малышка. — Катерине показалось, что в голосе отца прозвучала нотка сожаления.

— Время излечило ваши обиды на нее?