Книга На самом деле я убийца, страница 78 – Терри Дири

За пастушьим пирогом мама продолжала расспрашивать меня о работе на Клэр.

– Что ты сделал, чтобы получить столько, сколько я за неделю?

– Это аванс. Они хотят, чтобы я кое-чем помог им в будущем.

– И когда я обналичу чек, ты уже не сможешь отказаться. – Моя мама и ее прозорливость. Эта реплика продолжала звучать у меня в ушах всю дорогу домой.

Я страшно вымотался. Мой отец работал шахтером, пока привычка выкуривать по шестьдесят сигарет в день не свела его в могилу, когда мне было девятнадцать. Он всегда напоминал мне, что жаловаться на работу – просто смешно, если восемь часов не вырубаешь из-под земли уголь.

Он был прав. Жаловаться не стоит. Но мне просто необходимо было выпить. По всеобщему убеждению, писатели и актеры пьют больше обычных людей, но мой собственный опыт показывает, что это неверно. Некоторые пьют, а некоторые нет. Единственное, что я знал в тот вечер, – мне надо развеяться за освежающей кружкой пивка в «Розочке» до встречи с Клэр в восемь часов. Вреда от этого не будет.

В пабе, как всегда по вторникам, было тихо, потому я взял свою пинту и присел в углу с вечерней газетой. Первая страница в ней посвящалась смерти правительственного советника Дельмонта. В обычной жизни я не стал бы ее читать, но после встречи в поезде ощущал с ним личную связь.

Тон изменился по сравнению со вчерашним днем. Скотланд-Ярд, мол, все как следует изучил и не нашел в смерти Дельмонта признаков убийства. Дельмонт встречался со скандинавами без ведома правительства. Предлагал представлять их интересы – лоббировать на самом высшем уровне. И просил за это немалые деньги.

Скандинавов допросили; они утверждали, что их переговоры с Дельмонтом носили чисто ознакомительный характер. Утечка, приведшая к беспорядкам у отеля «Сиберн-Инн», нарушила секретность и сделала измену Дельмонта достоянием гласности. В небольшом финальном абзаце говорилось, что Дельмонт жил не по средствам и содержал огромное загородное поместье. Без денег скандинавов ему грозило банкротство.

Самым интересным, как всегда, было сказанное между строк: Дельмонту грозило банкротство, и он покончил с собой.

Я мысленно вернулся к нашей совместной поездке в купе. Был ли он мошенником и пройдохой? Очень похоже на то. Но чтобы броситься с моста в ледяную реку – вне зависимости от степени отчаяния, – требуется немалое мужество. У меня, например, его нет. За его наличие он заслуживал уважения.

– Не угостишь девушку выпивкой?

Я оторвался от газеты. Передо мной стояла Дженни – сногсшибательная, как всегда.

– Я думал, у тебя новый бойфренд.

Она чуть заметно пожала плечами и улыбнулась.

– Это не мешает предыдущему бойфренду угостить меня в память о старых добрых временах.

– Что тебе заказать?

– Ты не мог забыть, – ответила Дженни.

Я вернулся с пинтой лагера для нее.

– И где он?

– Работает сверхурочно, – сказала Дженни. – Скоро будет здесь, – добавила она; ее губы от пива блестели. Не то чтобы я хоть отдаленно интересовался ее губами. Просто заметил, и все. – А где та богатая сучка, за которой ты увиваешься?

– Скоро будет здесь, – ответил я.

– Она не твоего уровня, – заметила Дженни.

– А ты? Моего?

– Нет, конечно. Я до тебя снисходила.

– А теперь?

– Дерек, может, и грубоват снаружи, но у него доброе сердце.

– Что ж, это важно, – кивнул я.