Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 85 – Юнь Хуянь

Когда Линь Фэнчун попытался расспросить подробнее, Тао Жояо сделала нечто, заставившее его и смеяться, и плакать: она просто повесила трубку! Когда он перезвонил, телефон был уже выключен!

Это напомнило ему, как в детстве, играя в шахматы с одноклассниками, они часто опрокидывали доску, когда проигрывали, но сейчас на станции Саошулин лежали четыре трупа – разве можно просто опрокинуть доску и сделать вид, что ничего не случилось? После нескольких безуспешных попыток дозвониться на выключенный телефон Тао Жояо он попросил у Син Цисяня ее WeChat, попытался добавить ее в друзья, но она не приняла запрос. Тогда он написал ей сообщение с просьбой скорее вернуться в страну для содействия полицейскому расследованию, не скрывать обстоятельства дела, иначе она понесет юридическую ответственность и так далее, но Тао Жояо так и не ответила.

Линь Фэнчун связался с парижской полицией для наблюдения за передвижениями Тао Жояо, но эта линия расследования временно зашла в тупик.

3

У Сунь Кана, отвечавшего за допрос сотрудников «Детского приюта Тунъю», голова шла кругом.

Хотя его кровь закипала при мысли об отвратительном питании и посуде в приюте, но даже этого было недостаточно для состава преступления по статье 260.1 Уголовного кодекса «Жестокое обращение с лицами под опекой или присмотром». Сунь Кан это прекрасно понимал. Хуже того, заместитель директора Цуй Юйцуй тоже это знала, поэтому, как бы Сунь Кан ни стучал по столу и ни таращил глаза, она просто сидела, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу, на все вопросы бросала «не знаю», а если от каких-то из них нельзя было отмахнуться, отвечала уклончиво, да еще и с подковырками: «Я никогда не интересуюсь личной жизнью коллег после работы!», «Как я, заместитель директора, могу управлять директором?», «Регистрацией детей занимается Ван Цзин из офиса, за их быт отвечают воспитатели, за обследования и лечение отвечал директор Синю. То, что вы спрашиваете, выходит за рамки моей ответственности!», «Вы спрашиваете, за что я отвечаю? Я отвечаю за внешние связи, а не за внутренние дела. Думаете, аренда, коммунальные услуги, трехразовое питание в приюте не стоят денег? Откуда берутся деньги? С неба не падают, из земли не растут, мне приходится собирать их по копейке, краснея от стыда!» (тут она начала хлопать тыльной стороной правой ладони по левой), «Присмотр за детьми – это физический труд, тем более эти дети больные. Если не кормить моих сотрудников хорошо, откуда у них возьмутся силы смотреть за детьми?», «Не пытайтесь меня запугать, я знаю закон! Когда гром гремит с небес, он бьет только в тех, кто заслужил, меня не заденет!»

Сунь Кан не мог задать и нескольких вопросов, не выбежав в коридор, чтобы глубоко вдохнуть, прежде чем вернуться – «иначе я точно побью эту старую ведьму!».

Упомянутая Цуй Юйцуй Ван Цзин – это та самая финансистка и кадровик, которая сидела в офисе и играла в Honor of Kings. У этой женщины было лошадиное лицо, мышцы которого словно омертвели, не проявляя никаких эмоций, только в уголках губ постоянно играла насмешливая улыбка. На любой вопрос ее ответ не превышал двух слов: «Не знаю», «Не ясно», «Не видела», «Не сохранила»… Даже когда Сунь Кан вышел из себя и заорал, выпучив глаза: «Вдруг пропали трое детей, не вернулись в приют вечером, и вы не беспокоитесь?!» – она с видом человека, постигшего жизнь и смерть, только добавила еще одно слово к ответу: «Это дело директора».