Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 268 – Юнь Хуянь

Но зачем Линь Сянмин нашел это видео?..

Понятно!

Теперь я понял!

Этот концерт проходил в день убийства женщины-полицейского Гао Сяоянь, песня «Пусть все унесет ветер» была финальным номером, время выступления – одиннадцать часов двадцать минут, а Гао Сяоянь была убита в одиннадцать двадцать пять. Он никак не мог за такое короткое время успеть убить человека, то есть этот момент в зрительном зале, заснятый камерой, как раз мог стать железным доказательством того, что он не был настоящим убийцей в серии убийств в западном пригороде!

Чжоу Липин просидел всю ночь, обхватив колени, думая сначала узнать о текущей ситуации Фан Мэй, прежде чем решать, показывать ли это видео соответствующим органам.

Когда он услышал новость о скорой свадьбе Фан Мэй, сразу решил пока придержать это видео, отложив на потом… Когда наступит это «потом», он не знал и не хотел об этом думать.

Более того, по какому-то непонятному внутреннему порыву он небрежно бросил флешку с видео в ящик, даже не сделав копии. После ареста по «Делу Саошулин» он знал, что полиция обязательно найдет эту флешку при тщательном обыске и проверит видео на ней, но именно потому, что флешка лежала так небрежно, без следов сокрытия, полиция никак не могла понять ее ценность, а тем более значение этого видео для двух громких дел – в западном пригороде и на Саошулин…

После освобождения он вернулся домой, выдвинул ящик, и действительно – флешка лежала там нетронутой, где ее оставила полиция.

Ночь была глубокой, ветер – холодным как сталь.

Стоя на каменном мосту, Чжоу Липин засунул руку в карман рубашки и достал из него флешку.

Маленькая флешка была такой легкой и в то же время такой тяжелой – это было единственное доказательство его невиновности, это была его судьба длиной в целых десять лет.

Только теперь она была больше не нужна.

Он размахнулся и подкинул флешку высоко в воздух. Тьма поглотила ее силуэт и звук падения в воду.

Когда Хуянь Юнь вошел в маленькую закусочную, Ли Чжиюн встал из-за стола и помахал:

– Сюда, сюда!

Хотя в закусочной, кроме него, больше не было посетителей, он все равно приветливо махал рукой, что согрело сердце Хуянь Юня, только что спустившегося с Саошулин. Он стряхнул с себя холод, подошел и крепко пожал руку Ли Чжиюна.

– Где ты был? Руки такие холодные, – удивился Ли Чжиюн.

Хуянь Юнь слегка улыбнулся.

Только что, глядя, как Чжоу Липин уходит из питомника, Хуянь Юнь почувствовал пустоту внутри, огромное чувство потери и беспомощности. Он стоял, прислонившись к вентиляционной шахте, направив взгляд на сухие ветки, опавшие листья и пыль, которые ветер поднял в воздух и которые долго не опускались, и чувствовал, что все еще не закончено. Раньше, когда он раскрывал правду в деле, это обычно означало конец расследования: преступник наказан, жертва упокоена… Но в этот раз все было по-другому, совершенно по-другому, начало не было началом, конца было не видать…

Поэтому он не хотел рассказывать Ли Чжиюну о своей недавней встрече с Чжоу Липином на Саошулин.

– Как ты решился пригласить меня выпить? – Хуянь Юнь сел напротив Ли Чжиюна. – И так поздно.

Он получил звонок от Ли Чжиюна, когда спускался с Саошулин в подавленном состоянии. Тот сказал, что хочет что-то ему сообщить и ждет в закусочной у жилого комплекса Цинта. Хотя было уже одиннадцать вечера, Хуянь Юнь согласился.