Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 266 – Юнь Хуянь

Он поднял голову и увидел чистое, красивое лицо, яркие глаза, излучающие ясный свет, и давно забытую теплую улыбку на губах.

Он растерялся, не зная, как вести себя с этим благодетелем, неловко задвигался, отчего кандалы громко загремели.

Затем Линь Сянмин принялся что-то говорить ему. Его сознание было затуманено, он не мог вспомнить все сказанное – кажется, тот рассказывал о каком-то научном проекте, просил о сотрудничестве. Он рассеянно кивал, но когда услышал слова «маньяк-убийца» и «извращенная личность», вдруг поднял голову, почувствовав острую боль в сердце. Такой боли он не испытывал последние пять лет – похоже, из-за того, что даже Линь Сянмин считал его законченным злодеем.

– Не поймите неправильно, это просто предлог. – Линь Сянмин указал на коричневую папку на столе и тихо продолжил: – Без этого научного проекта как предлога я бы не смог с вами встретиться… Выпейте воды.

Чжоу Липин глубоко вздохнул и быстро схватил стаканчик, выпив всю воду.

– Я услышал о вашей голодовке и специально пришел навестить вас, – мягко произнес Линь Сянмин. – Не надо так, это неправильно. Этот мир – весы, хорошие и плохие люди стоят на разных чашах, большинство людей ни хороши, ни плохи, они в середине, и то, куда склонится мир – к добру или злу – зависит от веса на краях. Больше хороших людей – мир становится лучше, больше плохих – хуже. Вы хороший человек, не нужно намеренно наказывать себя, заставляя мир склоняться ко злу.

Чжоу Липин молча смотрел на него.

Линь Сянмин встал, подошел к двери и попросил охранников принести еду для Чжоу Липина, особенно подчеркнув, чтобы принесли кашу, не слишком горячую.

Когда его заказ внесли, он сам поставил его перед Чжоу Липином, сел напротив и смотрел, как тот ест. Потом они долго разговаривали, Линь Сянмин убеждал его прекратить голодовку, хорошо себя вести и обещал подготовить психиатрическое заключение о том, что нападение на Черного было вызвано временным психическим расстройством, что освободит от уголовной ответственности… О серийных убийствах в западном пригороде Линь Сянмин сам не заговаривал, но Чжоу Липин не удержался и сказал, что не ожидал, что полиция действительно примет его за настоящего убийцу. Линь Сянмин горько усмехнулся:

– Лучшая загадка – та, что с самого начала дает ложную разгадку… Намеренно или нет, вы оставили слишком много указывающих на вас следов для спешащей раскрыть дело полиции.

Чжоу Липин спросил, правда ли, что какой-то детектив по фамилии Хуянь помог полиции выйти на него через комиксы. Линь Сянмин поспешил объяснить, что Хуянь Юнь – его лучший друг. Видя его беспокойство, Чжоу Липин быстро сказал, что не держит зла за это, а после освобождения хочет свести счеты только с одним человеком – Ли Чжиюном.

– Он полицейский, он арестовал меня – тут нечего сказать, но потом он избил меня – эту месть я обязательно осуществлю!

Линь Сянмин помолчал и сообщил, что женщина-полицейский, которую очень любил Ли Чжиюн, была третьей жертвой серийного убийцы.

Чжоу Липин замер, опустил голову и молча доел кашу, ложка за ложкой.

Та встреча была короткой, а может, и долгой, но Чжоу Липину показалась мимолетной. С некоторыми людьми живешь всю жизнь и остаешься чужим, а с некоторыми встречаешься раз и чувствуешь полное взаимопонимание… Позже он часто думал, что если бы у него в школе был такой одноклассник, как Линь Сянмин, возможно, он не отчаялся бы в жизни настолько, чтобы искать спасения в тюрьме. В той комнате для допросов не было окон, но после встречи в сердце Чжоу Липина появился свет.