Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 215 – Юнь Хуянь

– Тот осколок был от очков новой модели, выпущенной тогда компанией «Минчжу Оптика». Из-за новой технологии изготовления линз у клиентов возникли проблемы с дисперсией и другие сложности, поэтому вскоре после выхода на рынок их отозвали, продаж было очень мало. «Минчжу Оптика» – довольно крупный бренд-магазин, они тщательно хранят чеки от покупок. При их активном содействии я нашла все чеки на эту модель очков, проданную в нашем городе, и на одном из них обнаружила подпись человека, связанного с этим делом. – Говоря это, Лю Сымяо протянула листок.

Хуянь Юнь быстро встал и взял его, посмотрел на подпись внизу, немного удивился и поднял взгляд на Лю Сымяо.

Она сказала низким голосом:

– Действительно, это тот человек. Он не только имел все условия для совершения преступления, но и соответствовал характеристикам преступника по криминальному профилю Линь Сянмина: возраст старше двадцати лет, зрелая психика, худощавое телосложение, имеет определенный опыт противодействия расследованию, местный житель из района Чэнъюли или Чуньлю. Это даже прекрасно объясняет, как он мог много раз избегать маршрутов патрулирования народной дружины и заставлять жертв полностью терять бдительность…

Хуянь Юнь передал чек сидящему рядом Ли Чжиюну.

Он поднял руку, взял чек. Место на ногах, в которое он вцепился, было мокрым от пота.

После долгих усилий ему удалось сфокусировать размытый взгляд, иголкой направив его на подпись внизу чека. Синяя подпись была нечеткой, можно было смутно разобрать три иероглифа, но это было не «Чжоу Липин»…

Снова зазвучала губная гармошка. На этот раз это была серия быстрых, снова и снова повторяющихся нот, хриплых и вязких, словно человек, жаждущий высказаться, больше не мог говорить сквозь судорожные рыдания. Почему-то сердце Ли Чжиюна мучительно задрожало в такт звукам гармошки, слой за слоем холода, шаг за шагом съеживаясь, понемногу становясь непостижимым…

6

Когда женщина вошла в комнату для посетителей, Хуянь Юнь никак не мог соотнести ее с Фан Мэй с фотографии из коллекции учительницы Чжу Минь. Она была высокого роста, стройная, с лицом в форме сердца и очень правильными чертами, только брови были слишком тонко выщипаны, тени для век – слишком темные, контур губ – слишком резкий. Она выглядела настолько безупречно, что казалась немного ненастоящей. На ней был темно-синий деловой костюм с кокетливой бежевой отделкой на плечах и воротнике и черные облегающие брюки клеш; вся она излучала сильную, деловую ауру, присущую руководителям иностранных компаний. От той худенькой болезненной студентки с застенчивой улыбкой со старой фотографии не осталось и следа.

Фан Мэй взглянула на двоих сидящих напротив в комнате для посетителей и с некоторым замешательством посмотрела на секретаршу, стоящую в дверях.

– Я сказала, что вы заняты, но они просто ворвались… – тихо пояснила секретарша. – Они уже несколько раз приходили.

– Кто вы? По какому делу? – осведомилась Фан Мэй. Каждое слово было вежливым, но держало на расстоянии.

– Мы пришли узнать об одном деле десятилетней давности… – Хуянь Юнь не успел закончить, как лицо Фан Мэй изменилось, но она быстро вернула улыбку:

– Извините, я сегодня очень занята, чуть позже мне нужно выступать на инвестиционной конференции под председательством руководства торгового отдела, сейчас я готовлюсь. Давайте так: оставьте свой телефон, после конференции я свяжусь с вами, и назначим время для встречи, хорошо? – Затем она обратилась к секретарше: – Проводи этих господ…