Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 207 – Юнь Хуянь

Она съежилась, как потревоженная гусеница.

– Передаю тебе. – Линь Фэнчун встал и направился к выходу.

Ма Сяочжун остановил Сунь Кана, достал из кармана брюк несколько мятых купюр и сунул ему в руку:

– Я еще не ужинал, сходи вниз, купи мне острый суп на вынос. Очень острый.

Когда они оба ушли, Ма Сяочжун закрыл дверь.

Повернувшись, он перетащил стул из-за стола, поставил напротив Цуй Юйцуй, сел и улыбнулся:

– Сестрица Цуй, давно не виделись! Что-то вы похудели.

Цуй Юйцуй боялась говорить, но атмосфера в комнате была такой, что она даже боялась показать, что боится говорить. Она выдавила улыбку:

– Ма… После всех событий я даже есть не могу, спать не могу, конечно, похудела… Хотя это дело совсем не связано со мной, в приюте моя обязанность – внешние контакты, и я отвечаю за эти дела, а внутреннее управление Син Цишэн всегда держал жестко под своим контролем, не позволял другим вмешиваться…

Ма Сяочжун, поведя плечом, прислонился к спинке стула и смотрел, как Цуй Юйцуй брызжет слюной, и только когда она закончила, лениво спросил:

– А эта, как ее, Чи… Чи Фэнли, у нее есть парень?

Речь-то вроде бы совсем о другом шла, что за резкая смена темы? Цуй Юйцуй не сразу сообразила, поморгала и пробормотала:

– Я не особо в курсе… Кажется… нет.

– Не может быть! – Ма Сяочжун приподнял свои короткие густые брови. – Такая красотка, не верю, что никто не спал… э-э-э… не ухаживал за ней.

Цуй Юйцуй все еще не понимала, почему он перевел разговор на Чи Фэнли, но раз он хочет говорить о чем-то, совершенно не связанном с «Делом станции Саошулин», это несколько ослабляет давление. Цуй Юйцуй тихонько перевела дух и начала рассказывать ему, как Чи Фэнли любит ходить по увеселительным заведениям, что носит только брендовые вещи – от одежды до сумок, украшений и обуви, какие рестораны любит и какие блюда предпочитает… Ма Сяочжун слушал с большим интересом. Вдруг Цуй Юйцуй поинтересовалась:

– Что, Ма, хочешь приударить за ней? Я бы не советовала, это яма, которую никаким золотом не заполнишь!

Услышав это, Ма Сяочжун немного приуныл:

– Черт, нам категорически нельзя связываться с такими женщинами – начинаешь полицейским, заканчиваешь нищим… Но посмотрите на меня, уже за тридцать, а до сих пор один, по ночам обнимаю подушку и царапаю стену, так и до психического расстройства недалеко!

– Брат Ма, послушай совета старшей сестры: не ищи отношений, зачем они тебе? Развлекаться – еще ладно, но только не нацеливайся на свадьбу… Что хорошего в браке? Я была замужем, потом развелась. Когда расстаешься без брака, это просто расставание, а когда после брака, это уже расчленение; неинтересно, скучно, ужасно скучно! – выпалила Цуй Юйцуй.

– Я знаю, но что поделать, мама дома достает, целыми днями говорит про внуков. Я ей отвечаю: в следственном изоляторе внуков больше, чем где-либо, как-нибудь приведу парочку домой, пусть понянчит. Ха, старушка гналась за мной со скалкой полквартала… – Когда Ма Сяочжун закончил, Цуй Юйцуй не смогла сдержать смех, и на ее лице, покрытом толстым слоем косметики, появилось множество морщин. – Да, кстати, – Ма Сяочжун вдруг что-то вспомнил, – у вас ведь есть сын? В начальной или средней школе?

– В шестом классе начальной школы, – вздохнула Цуй Юйцуй. – В следующем году переходит в среднюю, самый тяжелый момент.