Книга Как выжить в книжном клубе, страница 80 – Виктория Дауд

— О боже! — Тетя Шарлотта беспомощно уронила голову на руки. — Я ничего не понимаю. Может, объясните?

— Тише, мы не слышим! — шикнула Бриджет, будто ей помешали смотреть любимую телепередачу.

— Так вот, — продолжала Мирабель, — если она и есть девочка на фотографии, то это дом ее семьи, а не мужчины, за которого она вышла замуж. Не мистера Ангела.

Карточный домик, который я так тщательно строила, рассыпался.

— И не мистера Кита, — бесстрастно добавила тетя Шарлотта.

Я остановилась, мысленно проигрывая сказанное.

— Почему ты сказала «мистера Кита»?

— Что?

— Почему ты вспомнила кита?

Бриджет устало вздохнула.

— Ну это же Шарлотта. Ей лишь бы ляпнуть что-нибудь.

Тетя Шарлотта бросила на нее уничижительный взгляд и объяснила:

— Потому что я видела герб. На фамильном гербе в холле изображены ангельские крылья и два трезубца, а посередине — здоровенный облупившийся кит.

Она откинулась в кресле и победно сложила руки на круглом твидовом животе.

— А вы, умники, даже не заметили.

Мы постояли, опешив, и бросились в холл. Тетя Шарлотта описала точно: крылья ангела, которые так меня занимали, два трезубца и, как она сказала, «облупившийся кит».

Мы уставились на герб. Так и есть. Подумать только, владельцы этого прекрасного дома и благородного герба подавали нам яйца и бренди!

— Но почему ангельские крылья? — тихо сказала я.

— Когда семьи объединяются, символ одной помещают на герб другой. Например, после брака Генриха VII и Елизаветы Йоркской появился герб с красно-белой розой.

Тетя Шарлотта вдруг стала очень осведомленной, и меня это почему-то смущало.

— А тут ангел слился с китом.

— Ничего подобного! — возразила Мирабель. — Глупости! Они занимались китобойным промыслом. Помните экскурсию? Ангелы говорили, что владельцы поместья сколотили состояние на амбре.

— Море, — сказала я.

— Десять из десяти, Урсула, — съехидничала Бриджет и вновь злорадно ухмыльнулась.

— Море, — повторила я. — Дело не только в ките. Смотрите, трезубец, волны… Море.

Мирабель обернулась.

— И что? Конечно, они же китобои. Где живут киты, детка?

Она направилась к двери. А мне не давали покоя синие складки и странные кремовые перья на гербе. Дело было не только в трещинах на лакированной поверхности или потускневших цветах. Я чувствовала, что здесь кроется какая-то загадка, а озарение все не приходило.

— Maîtres de la mer, — прочла тетя Шарлотта надпись под гербом. — Повелители моря. Да уж, такое могли создать только настоящие повелители моря.

Она тоже шагнула к двери.

— Повтори, — попросила я.

— Что, дорогая?

— Что ты сейчас сказала.

— Что они должны были стать хозяевами моря. Этот домина наверняка обошелся в кругленькую сумму.

— Нет, до этого.

Она нахмурилась.

— Что с тобой, Урсула? Понимаю, ты в шоке, но французский-то в школе учила. Повелители моря. Maîtres de la mer.

Она четко произнесла каждый слог.

— Maîtres… de la mer, — повторила я.

— Послушай, Урсула, можно подумать, что по голове стукнули тебя.

— Меня не просто стукнули по голове, — сердито крикнула от двери Мирабель, — а чуть не убили!

— Maîtres de la mer, — пробормотала я.

— Не волнуйся, дорогая, — обняла меня тетя Шарлотта. — Присядь. У тебя шок.

— Maîtres de la mer. De la mer. Делламер, — повторила я и наконец сообразила. — Дорин Делламер.

Тетя Шарлотта замерла. На пороге показалась Мирабель.