Книга Весы Фемиды, страница 111 – Наталья Николаевна Александрова

— Безжалостное пламя… — бесцветно повторил Свистунов.

— В чем дело? — повторила Надежда.

— Это ведь обо мне…

— Почему?

— Меня в школе прозвали Кастором. Ну, у нас ребята были, знаете… Как сейчас говорят, креативные, всем давали прозвища с литературным уклоном, такие как Бедный Юрик.

— Вы в школе его тоже Бедным Юриком звали? — оживилась Машка. — Ну надо же.

— А я Константин, Костя… Ну, и прозвали — Кастором. Так что это он обо мне пишет.

— Да, то-то я думала — всем своим знакомым Бедный Юрик уготовил какую-то ужасную смерть, только тебя обошёл.

— Значит, не обошёл… Значит, эта сволочь собирается меня сжечь. Понятно…

— Мало ли что он собирается! Пока ему мало что удаётся довести до конца… — Тут Надежда замолчала — она вспомнила Вишневского, висящего на отопительной трубе, вспомнила мёртвую Карину и адвоката с раздробленной рукой. Карину и адвоката она не видела своими глазами, но вполне могла себе представить.

— Я бы не стал на это надеяться, — вздохнул Константин. — Кто знает, что у него в башке в эту минуту…

Мария прервала их разговор:

— Постойте, тут внизу еще что-то… Правда, плохо пропечаталось, но можно разобрать. Я попробую… — Она разгладила нижний край страницы и продекламировала:

— В пылающей карете? — переспросил Сарычев. — Где в наше время можно раздобыть карету? Разве что в музее…

— Ну, может быть, карету легко заменить машиной? — предположила Надежда.

— Логично! — кивнул Сарычев, останавливаясь на очередном светофоре.

И тут послышался звонок из кармана Свистунова. Константин уставился на телефон так, как будто это была гремучая змея.

— Это он… Это Бедный Юрик…

— Нужно ответить ему, — приказала Надежда. — Только постарайся не показать, что ты в курсе его дел. И вот еще что… Включи громкую связь, чтобы мы всё слышали.

Константин нажал кнопку и попытался придать голосу бодрости:

— Это ты, Бедный Юрик?

— А-а, помнишь мое школьное прозвище? Я твое тоже помню, Кастор.

— Такое не забывается. Старая дружба не ржавеет.

— Не ржавеет, говоришь? — В голосе Юрика прозвучала обида, но он тут же приглушил ее и заговорил с фальшивой теплотой: — Конечно, ты прав, Кастор. Только ты остался для меня настоящим другом. Я хочу с тобой увидеться, поговорить. Вспомнить прежние годы… Наших друзей… Давай встретимся, а?

Вот интересно, Надежда слышала голос Юрия Бедненького впервые, но тут же поняла, что голос был странный — человек говорил с придыханием и растягивал слова.

Константин испуганно взглянул на Надежду. Она энергично кивнула, мол, соглашайся! Надо же как-то это дело закончить!

— Хорошо… Давай, — согласился Свистунов. — Можно встретиться в каком-нибудь ресторанчике, посидеть, выпить по бокалу вина.

— Нет, только не в ресторане! Надоели эти рестораны! Вечные толпы, музыка дурацкая.

— Но где же тогда? Что ты предлагаешь?

Бедненький пару секунд помолчал.

— Помнишь место, где мы гуляли после выпускного вечера? Мечтали о будущем, шутили, смеялись?

— Да, конечно, помню.

— Приезжай туда сегодня вечером.

— Вечером?

— Ну да… Часиков в девять. Я буду ждать тебя.

— Но почему… — начал Константин, но из трубки уже неслись сигналы отбоя.

— Какое место он имел в виду? — спросила Надежда. — Где вы с ним тусовались после выпускного?