Книга Тонкий лед, страница 9 – Пейдж Шелтон

Внутренне приготовившись терпеть плохой юмор Доннера, я вышла на маленькую парковку под дождь.

Настроение у Доннера Монтгомери явно было плохим. Это было легко понять, даже видя только его глаза. Брови, впрочем, тоже виднелись – из-под козырька кепки с логотипом «Шевроле». Темная борода была настолько широкой и густой, что я даже не заметила хмурой морщинки между недовольными зелеными глазами. После того как Фрэнсис нас представил, Доннер взял у него «Олимпию», перехватив так, словно собирался бесцеремонно забросить на заднее сиденье машины. Про себя я отметила, что машина оказалась «фордом», а не «шевроле», на который намекала кепка.

– Эм-м, осторожнее, она может разбиться, – предупредила я за секунду до того, как моя машинка отправилась в полет.

Выражение его глаз изменилось с недовольного на слегка озабоченное, и он аккуратно поставил «Олимпию» позади пассажирского сиденья, потом протянул руку к моему рюкзаку.

– Я возьму, – ответила я, уворачиваясь.

– Залезайте, – велел он и, обойдя машину сзади, сел на водительское место.

Я сделала, как мне было сказано, и пристегнулась, отметив, что ткань на длинном сиденье износилась, а серая металлическая пряжка на ремне безопасности покрыта жирными пятнами. Внутри пикап напомнил мне машины моего дедушки, в которых я ездила в детстве. Он был начальником полиции в Милтоне и какое-то время даже моим боссом, и машины у него всегда были старые и забитые разным хламом – в них были такие же пятна, а еще они неизменно пахли машинным маслом, особенно когда дедушка сменил работу полицейского на работу механика. В Милтоне случались и серьезные преступления, а однажды он даже чуть не стал центральным перевалочным пунктом для торговцев людьми и наркотиками, но дед уберег город от такой судьбы. Он был отличным полицейским и умелым механиком, и когда не стоял на защите Милтона, то проводил все время в амбаре под каким-нибудь из капотов. Я вдохнула поглубже – запах будил приятные воспоминания.

Как только Доннер сел за руль, он пробурчал что-то нечленораздельное и повернул ключ. Звук двигателя был, как у самолета, громким.

Доннер не проявлял большого дружелюбия, но меня это устраивало. Не хотелось вести светские беседы. Я обратила внимание на его одежду: куртка смотрителя национального парка, выцветшие джинсы и потертые ботинки. Интересно, может ли рейнджер исполнять роль правоохранителя? Наверное, да, но наверняка я не знала, а спрашивать не хотела. Интересно, а если это так, то привычка лежать с паяльником под капотом старой машины – это общая черта всех офицеров правопорядка в маленьких городках или нет? Заработал обогреватель, и мне пришлось напомнить себе, что у всего остального мира сейчас на календаре июнь. По телу пробежала дрожь, и Доннер покосился в мою сторону. Я сидела молча, надеясь, что поездка будет недолгой.

– Вы откуда? – спросил он, поворачивая рычажок старого обогревателя, отчего воздух стал еще теплее, хотя точно я сказать не могла – непонятно было, работает вентилятор или нет.

– Из Денвера. – Я глянула на его профиль. Даже несмотря на бороду и хмурое настроение, профиль был довольно привлекательный. Я с трудом отвела взгляд, гадая, почему вообще обратила на это внимание.

Когда я не стала поддерживать разговор, он сам продолжил: