Книга Запретная месть, страница 52 – Аймэ Уильямс

Дверь распахнулась без стука. Шиван ворвалась внутрь, но теперь она была другой — исчезла надменность, которую она демонстрировала в кабинете отца. Теперь она вибрировала от едва сдерживаемого бешенства, её самообладание трещало по швам.

— Какого хрена тебе надо? — прорычал я, не в настроении терпеть её дерьмо.

— Какого хрена это было? — прошипела она, направляясь к моему столу.

Я едва узнавал эту версию Шиван. Исчезла лощеная хищница. Идеально уложенные рыжие волосы растрепались, словно она рвала их руками. Маска высокомерия дала трещину, обнажив нечто сырое и отчаянное.

— Упомянуть о моих планах по модернизации при отце? Ты что, пытаешься меня убить?

— Ты слишком драматизируешь. — Я откинулся в кресле, изучая, как мелко дрожат её руки. Что-то здесь не сходится. — Око за око, особенно учитывая, что ты разболтала папочке о положении Елены.

— Ты, гребаный идиот! — Она ударила ладонями по столу так сильно, что бумаги разлетелись веером. — Ты поставил всё под угрозу — мою жизнь, жизнь Шона — просто потому, что не умеешь держать свой чертов язык за зубами!

Я пожал плечами, не испытывая ни капли сочувствия.

— Не мои проблемы, если папочка не одобряет твои маленькие игры во власть.

— Маленькие игрыво власть? — Она рассмеялась, но в смехе звучали истерические нотки. — Ты думаешь, это ради того, чтобы впечатлить отца? Чтобы доказать что-то?

Она запустила руку в волосы, окончательно разрушая укладку.

— Речь о выживании, самодовольный ты ублюдок. О том, чтобы втащить эту организацию в современность, пока мы все не закончили в могиле или в тюрьме.

— Что же такого важного в твоей модернизации, что ты так напугана, Шиван? — спросил я с любопытством. Я никогда раньше не видел её такой.

Её лицо стало тщательно непроницаемым, но я успел заметить в глазах настоящий страх.

— Пошел ты.

В ящике стола завибрировал телефон. Наверняка Елена наконец ответила, но я не собирался проверять при Шиван.

Жуткая улыбка расползлась по её лицу, и она снова преобразилась — ужас сменился злобным удовлетворением.

— На твоём месте, я бы не рассчитывала, что это Елена, — проворковала она.

Я резко вскинул голову. В её выражении что-то изменилось — вернулась та клиническая фасцинация, но теперь смешанная с чем-то почти радостным. Словно она была благодарна за возможность отвлечься от собственных страхов.

— Что, блядь, это значит? — спросил я напряженно; сердце забилось как молот.

Одна идеально очерченная рыжая бровь поползла вверх.

— Ох, ты не знаешь? — Её голос сочился фальшивым сочувствием. — А я думала, ты тщательно следишь за своим… активом. Все эти меры предосторожности, всё это дотошное планирование, и ты всё равно не можешь защитить то, что принадлежит тебе.

В два шага я пересек комнату, сомкнул руку на её горле и впечатал в стену.

— Что, блядь, ты сделала с Еленой?

Вместо страха она впилась ногтями мне в руку, пуская кровь, пока я не разжал хватку.

— Бедняжку Елену увезли в больницу час назад.

Она одернула блейзер Прада, выглядя слишком уж довольной.

— Похоже, ты не обучил её протоколам безопасности. Открывать странные конверты, как новичок… — Она цокнула языком. — Особенно когда они наполнены тем, что выглядит как сибирская язва.

Слова Шиван ударили как пощечина. Сибирская язва? Елена? Ребенок…

— Ты…

— О нет, не я. — Она двинулась к двери; маска стервы вернулась на место. — У меня есть заботы куда важнее твоей подружки. Но, возможно, если бы ты держал рот на замке насчет моих операций, я могла бы предупредить её о конверте.