Книга Запретная месть, страница 53 – Аймэ Уильямс

Она задержалась в дверях.

— Забавно, что у действий бывают последствия, не так ли?

Я застыл, не в силах вымолвить ни слова.

— Пугает, как быстро некоторые токсины могут повлиять на беременных женщин, — добавила Шиван с жестокой улыбкой, прежде чем закрыть за собой дверь.

Я едва не выломал ящик стола, рывком открывая его; руки тряслись так сильно, что я с трудом схватил телефон. Пожалуйста, пусть она врет. Пожалуйста, пусть это будет еще одна из её гребаных манипуляций.

Но уведомление было не от Елены. Просто блядский спам.

— Нет, нет, нет… — Слово превратилось в рык, когда я набрал номер Елены.

Голосовая почта.

Я попробовал снова. И снова.

Тишина.

Сибирская язва. Слова эхом отдавались в голове.

Дрожащими пальцами я позвонил Данте. Я даже не стал ждать его ответа.

— Готовьджет. Сейчас же.

— Босс? — В его голосе сквозило замешательство. — О'Коннор предельно ясно…

— Мне ПОЕБАТЬ, что там дал понять О'Коннор!

Рев вырвался из моего горла, когда я одним движением смел всё со стола. Стекло разлетелось вдребезги. Бумаги закружились в воздухе.

— Готовь гребаный джет. Я возвращаюсь в Нью-Йорк.

Данте шумно втянул воздух.

— Марио, он убьет тебя…

— Насовсем. — Слово упало тяжело, как смертный приговор. — С меня хватит. Я больше не сучка О'Коннора. Хватит с меня этих блядских игр. Готовь джет или я полечу обычным рейсом.

Повисла долгая пауза — Данте пытался осмыслить услышанное.

— Марио, что случилось?

— Елена… — Мой голос сорвался. — Кто-то прислал ей сибирскую язву. Она… мне нужно…

— Блядь. — Данте всё понял мгновенно. — Джет будет готов через сорок минут. Но, босс… Это объявление войны с О'Коннором.

Я подумал о Елене, открывающей этот конверт. О ребенке, растущем внутри неё. О том, как я не смог уберечь их обоих.

— Пусть нападают.

Больничная палата стерильно-белая и гнетуще тихая, если не считать размеренного писка мониторов. Я закрыла глаза, но видела лишь этот белый порошок, оседающий на коже, словно воплощение самой смерти.

Последние три часа прокручивались в голове, как ночной кошмар. Порошок облаком вырывается наружу, покрывая руки, одежду, зависая в воздухе. Записка плавно падает на пол. Руки трясутся так сильно, что я едва набираю 911.

— Пожалуйста, — умоляла я оператора срывающимся голосом. — Я беременна. Повсюду белый порошок.

То, что последовало дальше, напоминало сцену из фильма-катастрофы. Спасатели наводнили мой дом за считанные минуты. Визг сирен, вспышки мигалок, превратившие Пятую авеню в карнавал красного и синего. Люди в костюмах химзащиты материализовались в моем коридоре, как астронавты; их голоса звучали глухо из-за защитных масок, когда они приказали мне не двигаться и ничего не трогать.

— Постарайтесь не стряхивать порошок, — инструктировал один, пока другой делал снимки. — Держите руки подальше от лица. Дышите спокойно.

Дышите спокойно. Ага. С потенциально смертельным порошком на коже и ребенком, которого нужно защитить.

Лицо швейцара Джеймса было белым, как мел, когда эвакуировали здание.

— Мисс Сантьяго… — начал он, но фигуры в костюмах химзащиты оттеснили его.

Я наблюдала, как торопливо выводят моих соседей: менеджера хедж-фонда из квартиры 12B всё еще в шелковой пижаме, светскую вдову из 9A, которая прижимала к груди шпица.

Все они смотрели на меня так, словно я уже мертва.