Книга Моя идеальная ошибка, страница 35 – Оливия Хейл

— С финансовой точки зрения, — говорит Тейт, — следующая стадия переговоров должна включать больше пунктов по сокращению затрат с их стороны. Иначе нам это просто невыгодно.

Правда.

Лорен вздыхает.

— Мы покупаем компанию и расширяемся на Средний Запад именно из-за рентабельности. Она и так высокая; если надавим сильнее, они могут сорвать сделку, и тогда все пропало.

Тоже правда.

Я тру виски пальцами. Должен быть сосредоточеннее, внимательнее, но терпения у меня сейчас не больше, чем было у Сэма в утренней пробке. Только я не могу, как он, отреагировать пением любимой детской песенки во все горло.

Прошло три дня после свадебной вечеринки Конни и Габриэля. Три дня с тех пор, как Изабель заплакала, как мы сидели на диване, три дня с тех пор, как меня одновременно жгла ревность и злость на самого себя. Мужчины на том вечере не теряли времени, тут же начав к ней подкатывать. И кто бы их за это упрекнул? Она была... «красива» слишком слабо сказано. Даже я, при всем своем здравом смысле, могу это признать.

Длинные черные волосы, облегающее платье, подчеркивающее хрупкую фигуру, и врожденная грация. Я всегдазнал, как она двигается, но в тот вечер, в этом платье, с макияжем, подчеркивающим черты лица... увидел ее в другом свете.

Она выглядит как южанка. Кажется, ее родители из Испании, но это только предположение, потому что вспомнить, что рассказывала Конни, я не могу. Стоило расспросить, пока был шанс.

Мог бы и сейчас. Но не хотелось бы рисковать открыть дверь, которую лучше держать запертой. Изабель же говорила, что мужчины к ней постоянно липнут? И я сам это видел — не раз, а два.

Попросить ее потанцевать, просто чтобы оттащить от дружка Габриэля, было мелочно. Я знал это и все равно оттащил. Но не ожидал того, как хорошо она будет ощущаться в моих объятиях. Ни на танцполе, ни на террасе, где по ее щекам текли слезы, а глаза сверкали от влаги.

Я думаю о ней слишком часто за последние несколько дней. Будто кто-то щелкнул выключателем, и теперь мое любопытство стало едва ли не угрозой. Я хочу знать о ней больше, и это худшая идея из всех возможных.

В тот вечер злился на себя и за то, что хочу ее, и за то, что не могу это желание заглушить. Я всегда держу себя в руках. Это единственный аспект в жизни, который мне подвластен, и я не позволю себе потерять контроль, особенно из-за нее. Она моя сотрудница. Я могу есть с ней пиццу или утешать, когда плачет, но больше никогда не позову на танец.

Я не стану одним из тех, кто заставляет ее чувствовать себя неловко.

Но под всей этой решимостью скрывается вина. Удушающая, тошнотворная, неспособная уйти. Я никого так не хотел с тех пор, как умерла жена. Сначала мысль об этом казалась далекой, почти теоретической. Проблемой, которую решу потом. Но вот это «потом» уже наступило, и мое влечение нарушает, кажется, все возможные границы.

— Мистер Коннован, — зовет Лорен.

Я перевожу на нее взгляд. Черт. Мне нужно быть здесь и уж тем более включенным.

— Да, — отвечаю я.

— Может, отложим следующий этап переговоров, пока не получим полную картину по их финансам?

— Нет. Я хочу закрыть сделку как можно скорее. Тейт, я ценю твою внимательность к вопросам экономии, но если мы не купим компанию, это сделает кто-то другой. И очень быстро. Я хочу продолжить переговоры на этой неделе. Пусть твоя команда продолжает давить по финансовой части, а ты, Лорен, подготовь жесткое предложение. Дай понять, что временив обрез.