Книга Моя идеальная ошибка, страница 24 – Оливия Хейл

Она обмолвилась об этом в офисе.

На экране мама и дочка сидят в закусочной. Стол перед ними ломится от еды.

— Ага. Близнецы. Младше на пять лет.

— То есть им девятнадцать?

— Двадцать, — поправляет она.

Значит, ей двадцать пять. Я знал, что она младше Конни, но не помнил, насколько. Двадцать пять.Я старше на пятнадцать лет.

Делаю длинный глоток.

— И никто из них не женился на злейшем враге семьи?

Изабель снова смеется. Волна тепла обрушивается на меня.

— Не думаю, что они вообще есть. Это у вас, Коннованов, все драматично. У моего отца разве что мелкая вражда с владельцем химчистки напротив, но на этом все.

— И ты не собираешься выходить за него?

— Нет. Ему за пятьдесят. И он женат.

— Точно, — говорю я. — Мудрое решение.

Она хихикает и тянется за банкой газированной воды на кофейном столике. То, что мы делаем, ощущается удивительно легко. Будто просто сидим и болтаем. Но это последнее, чем я должен с ней заниматься. Изабель, прежде всего, подруга Конни,не говоря уже у том, что является моей сотрудницей.

Пятнадцать лет!

Я догадывался, но теперь знаю наверняка, и это... хорошо. Еще одна причина выкинуть из головы идиотскую тягу. Ну и что, что она красивая и милая? Я не тот, кто ей нужен.

— Ты идешь на вечеринку в пятницу, — говорю я.

Утверждаю, а не спрашиваю. Очевидно, что Конни захочет видеть рядом лучшую подругу.

— Да. Это не проблема? Я знаю, ты тоже там будешь, и кто-то должен присмотреть за детьми.

— Я уже договорился с Катей. Она приедет с ночевкой.

Это не входит в обычные обязанности, но дети знают ее с рождения, и та великолепно справляется. Оплачиваю в тройном размере, когда она берет на себя обязанности няни.

Если бы Катя не стала частью нашей семьи еще при Виктории, не уверен, что мы бы выжили в первые годы. Все трое.

— О. Спасибо, — тепло отзывается Изабель. — Я бы очень хотела пойти.

— Конечно. Конни это нужно.

Изабель издает задумчивый, почти музыкальный звук, и между нами снова повисает тишина. Я откидываюсь на подушки и смотрю на экран. Два персонажа разговаривают слишком быстро и слишком вычурно. Не могу припомнить, когда в последний раз просто сидел и смотрел что-то, не предназначенное для детей, да еще и без Сэма с Уиллой.

Стоило бы встать и уйти.

Но не делаю этого. Как и Изабель.

— Уилла сегодня была на уроке фортепиано, — говорит Изабель. — Все прошло...

Это заставляет губы дрогнуть.

— Она не в восторге от занятий.

— Вообще нет.

— Но продолжает посещать их, — произношу я.

— Угу. Пыталась переманить ее в балет, но, по-моему, Уилла не верит, что все по-настоящему, — хихикает Изабель. — Придется показать ей пару записей.

Я хрущу шеей.

— Стоило бы. Глядя на то, как ты танцевала несколько недель назад... Ты очень талантлива.

Мягко сказано. И, если говорить начистоту, дико занижено. Сам комплимент будто не может вырваться.

Так какого черта я здесь делаю? С недопитым виски, с ни к чему не обязывающими разговорами. Которые, тем не менее, ощущаются комфортно, отчего с каждой минутой в ее компании напряжение, которое я чувствовал, вернувшись домой, исчезает. Ему на смену приходит совсем другая энергия.

— Спасибо, — говорит она. — А в чем твой скрытый талант?

Она улыбается. С легким вызовом и интересом. Я фокусируюсь на ее глазах,а не на изгибе бедра в коротких шортах. На секунду хочется, чтобы мой ответ был совсем другим. Грязнее, чем мог бы произнести мужчина вроде меня. Отец. Вдовец. Таким, от которого ее глаза округлятся.