Книга Моя идеальная ошибка, страница 101 – Оливия Хейл

Раздвигает мои ноги, целует внутреннюю поверхность бедер, пальцы скользят вдоль щели.

Я закрываю глаза, погружаясь в ощущения. Ему нравится это делать. И судя потому, как Алек стонет, когда лижет меня, ничего не изменилось.

— Такая красивая, — бормочет он.

Дыхание учащается с каждым влажным прикосновением его языка. Алек предается моему удовлетворению, будто нет временных рамок, никакой цели, а только наслаждение процессом, и я все глубже погружаюсь в мягкость постели. Волны удовольствия накатывают одна за другой, каждая сильнее предыдущей.

Он вводит палец внутрь, изгибая, и от этого дополнительного давления я вздыхаю. Пальцы впиваются в его коротко стриженные волосы.

Я не думала, что смогу кончить. Просто хотела, чтобы он прогнал грусть теплом, что возникает между нами, чтобы позволил почувствовать его кожу на своей. Но оргазм зреет во мне, неумолимый и глубокий.

Я перехватываю Алека за плечи, подтягивая к себе.

— Я хочу тебя.

Он поднимает затуманенный взгляд, изучая мое лицо в поисках следов печали.

Хватка на его плечах становится крепче.

— Сейчас же, Алек.

Его губы растягиваются в кривой ухмылке, и Алек поднимается на колени. Расстегивает ремень.

— Ладно, милая, — говорит он. — Может, потренируемся заодно?

— Чему?

Он опускает молнию.

— Чего именно ты хочешь?

Хочется закатить глаза от этого вопроса. Но его рука замерла на поясе, большие пальцы зацеплены за ремень, и Алек явно ждет, чтобы я произнесла это вслух.

— Хочу, чтобы ты трахнул меня, — выдыхаю я.

По его телу пробегает дрожь. Пальцы скользят по внутренней стороне моих все еще раздвинутых бедер.

— Чем именно? — он стягивает брюки.

Член твердый и по-прежнему огромный, напряженный.

— Просто иди сюда, — я сжимаю его член и подтягиваю к себе.

Алек накрывает меня, опираясь на локоть рядом с головой.

— Черт, милая, — стонет он от резких движений.

Алек коленом раздвигает мои ноги шире и пристраивается у входа. Когда он входит, спина выгибается от сладкого давления. Боже, такой большой.

— Вот так, — бормочет он у моих губ. — Вот так, моя девочка.

От этих слов веки дрожат, и новая волна тепла разливается по телу. Он начинает двигать бедрами, а я впиваюсь пальцами в его плечи, прижимаясь лицом к гладкой коже.

Сегодня Алек медленнее и точнее, чем обычно, каждый толчок глубокий и выверенный.

Я раздвигаю ноги шире, приподнимая бедра навстречу движениям. Алек теплый и тяжелый, и мне нравятся егополуприкрытые глаза, учащенное дыхание.

Он обхватывает мою икру и поднимает все выше, пока я почти не складываюсь пополам. Я обхватываю рукой колено, удерживая ногу. Алек осторожен с моим больным бедром, и именно за это я люблю его.

Толчки становятся резче.

— Черт, а ты гибкая.

— Профессиональная деформация.

Еще одна дрожь пробегает по нему, и движения меняются на более быстрые, жесткие. Алек смотрит вниз, отчего виды становятся намного лучше.

— Ты так хорошо принимаешь меня, Иза, — хрипит он. — Посмотри. Посмотри, как идеально я в тебя вхожу.

Он задевает клитор при каждом движении, и это подводит меня к самой грани. Алек наблюдает, как мое тело напрягается в предвкушении. Его правая рука касается лица, а бедра ускоряются.

Я достигаю кульминации, разлетаясь на части, а дрожь пробегает по всему телу. Алек прячет лицо у моего плеча.

— Черт, — стонет он.