Книга Один неверный шаг, страница 155 – Оливия Хейл

Представлять Харпер беременной моим ребенком. Представлять, как пытаюсь сделать ей ребенка...

Секс без защиты с ней на этой неделе стал лучшим плотским опытом в моей жизни. Я и не знал, что имею такой фетиш, что жаждал этого, пока не появилась она. Пока не наступило это.

Я стону, не выпуская сосок изо рта.

Харпер посмеивается, поглаживая мою шею и плечи.

— Я тебя не слышу, Коннован.

Я поднимаю голову.

— Да. Хочу.

Ее глаза теплеют.

— Ты был бы хорошим папой.

— Да?

— М-м.

Я не часто об этом задумывался. В тридцать восемь и при статусе холостяка я задвинул эту мысль на задворки сознания. Никого другого не было с тех пор, как вошел в тот бар и увидел ее. В своем отчаянии, переезжая в Лондон, пытаясь отвлечься от нее, я допускал возможность того, что, может быть, когда-нибудь смогу жить дальше. Даже надеялся на это. Освободиться от безответной тоски.

Но этого так и не произошло.

— И у тебя есть время, — говорит она, словно прочитав мои мысли. — Ты на десять лет старше меня, но ты мужчина. Природа в этом плане несправедлива.

Моя правая рука скользит вниз по ее телу. Сдвигает остатки одеяла, пока Харпер не оказывается полностью открыта.

— Да, несправедлива.

Я переключаюсь на другой сосок и нахожу пальцами мягкую кожу между ее ног. Она тихо вздыхает и проводит ногтями по моей спине.

— Обожаю, когда ты это делаешь, — шепчет она.

Я не перестаю водить кончиками пальцев по ее киске. Дразня, играя. Никогда не устану и от этого. От того, какая она мягкая и теплая под пальцами, языком, моим членом.

— А ты хочешь детей? — спрашиваю я.

Притягиваю ее ближе и прикусываю правый сосок. У Харпер перехватывает дыхание, и она раздвигает бедра.

— Ох. Гм. Да, хочу. Я всегда их хотела.

— Еще бы, — бормочу я.

— Что?

— Ты создана для того, чтобы быть мамой.

Она тихо стонет, когда я прижимаю большой палец к ее клитору.

— М-м. Ну, раньше я хотела этого поскорее. Изначально... по плану — после свадьбы. То есть в следующем году. Но теперь уже не знаю. Может, я захочу детей лет через пять.Я хочу... сначала побыть свободной.

— Конечно, — говорю я и спускаюсь поцелуями к ее животу. — Ты хочешь закончить список.

— Да. Именно... ох, — слова обрываются, когда я устраиваюсь между ее бедер. Она чертовски вкусная, теплая и легко намокает под моим языком. Это стало моим любимым занятием за последнюю неделю.

Слышать ее стоны, когда бедра сжимают мою голову.

Я не успеваю зайти далеко — она тянет меня наверх. Говорит с жарким блеском в глазах и румянцем на щеках, что хочет попробовать кое-что другое, по-новому.

Эту позу мы еще не пробовали. Я хочу, чтобы позже она была сверху, в лучах великолепного солнца... но сначала мы сделаем так.

Когда Харпер растягивается на животе прямо на простынях, я лезу в ящик стола и нахожу вибратор, который она купила столько недель назад. Я просил принести его вчера вечером, но использовать не успели. Не было возможности.

Рот Харпер округляется в букву «О», когда я поднимаю его. Но затем кивает.

Я ухмыляюсь. Просовываю под ее тело, зажимая между клитором и кроватью. Вибрация отдается в матрас мягким глухим гулом.

Харпер смотрит на меня через плечо, глаза горят. Черт, мне нужно быть внутри нее.

Расположив бедра по обе стороны от ног, я пристраиваюсь. Вхожу медленно. Мы оба тяжело дышим. С ее прямыми, плотно сведенными ногами — это словно входить в тиски.