Книга Один неверный шаг, страница 137 – Оливия Хейл

— Пожалуйста.

Его глаза вспыхивают, блуждая по моему телу. Я раскинулась перед ним и не чувствую ни капли смущения. Полумрак в комнате и благоговение в его глазах делают это невозможным.

Он расстегивает оставшиеся пуговицы рубашки и сбрасывает ее.

— До кровати мы доберемся позже, — заверяет он и хватается за ремень. Я смотрю, как Нейт снимает его, пока грудь тяжело вздымается. Как расстегивает ширинку и стаскивает брюки.

Член вырывается на свободу. Он выглядит возбужденным докрасна, головка почти багровая и влажная. Кажется, это одна из тех болезненных, ноющих эрекций.

Нейт хватает меня за бедра и подтягивает ближе. На мне все еще короткая юбка, которая теперь превратилась просто в пояс на талии.

Он обхватывает себя рукой и проводит головкой члена по моим складкам. Мы оба наблюдаем за этим движением, и я содрогаюсь, когда он задевает клитор.

— Харпер, — Нейт приставляет расширенную головку к моему входу. Голос звучит мучительно и вырывается почти стоном. — После этой ночи ты будешь моей.

И затем толкается внутрь.

От внезапной полноты у меня перехватывает дыхание. Он втискивается глубже, сантиметр за сантиметром растягивая самым восхитительным образом. Погрузившись до упора, он замирает, а руки сжимают мои бедра.

Глаза Нейта закрыты, а на скулах разливается яркий румянец. Он стоит на коленях между моих бедер, будтомолится.

Будто поклоняется.

Я издаю тихий жалобный звук. Двигайся, думаю я. Мне нужно, чтобы ты двигался.

Его глаза открываются, и Нейт начинает. Он вращает бедрами в медленном, изнуряющем ритме, и от этого угла мое дыхание становится коротким и быстрым. Кажется, с каждым толчком давит на ту самую точку внутри.

Его большой палец находит мой клитор и надавливает, создавая постоянное давление. Все, что я могу — это тяжело дышать и держаться, руки скребут по мягкому ковролину в поисках хоть какой-то опоры. И все это время его глаза прикованы ко мне. К соскам, животу, бедрам, моим глазам, губам и к тому месту, где входит в меня.

Я чувствую себя опьяненной от его взгляда.

Движения бедер ускоряются, на лбу выступает испарина. В этот момент я понимаю, что он все еще сдерживается.

Все еще пытается контролировать неконтролируемое.

— Нейт, — шепчу я и тянусь вверх, сжимая грудь, выгибая спину. Я никогда не делала этого раньше, никогда не стремилась устроить представление, но это кажется забавным. Освобождающим, интуитивным, и я не думаю. Просто существую.

Движения Нейта сбиваются. Проходит всего мгновение, и он уже оказывается на мне. Руки упираются по бокам от головы, а бедра двигаются быстро и сильно, необузданно, безо всякого тщательного планирования.

Он действительно вколачивает меня в пол.

Я обвиваю его ногой, и ритмичные толчки снова сбиваются, становясь рваными. Глаза закрываются, а лицо напрягается. Резкие толчки заставляют его задевать клитор, и я снова кончаю, совершенно ошеломленная оргазмом. Мой вздох превращается в стон, а пальцы — в когти на его плечах.

Нейт рычит, и вот тоже кончает. Он стонет при каждой пульсации члена, при каждом резком движении бедер, а когда все заканчивается, обрушивается на меня всем телом.

Он тяжелый, и это ощущение восхитительно — чувствовать себя пригвозжденной к земле. Я обхватываю его обеими ногами и крепче прижимаю к себе.

— Хорошо, — наконец бормочет он, целуя меня в щеку. Приподнимается на локте. — Ты не была ни капельки тихой.