Онлайн книга «Бывшие одноклассники. Училка для миллиардера»
|
Хихикаю тихонько. – Ян, ты бредишь. – Я серьёзен, как никогда. Она тебе совершенно не подходит. Она такая… Такая банальная! Прогнувшись в пояснице, освобождаю себе парочку свободных сантиметров пространства для маневра. Поворачиваюсь к Яну лицом. Он лежит с закрытыми глазами. Щёки красные, веки покрыты яркой паутинкой тонких сосудиков. – Да, правда? И какая же не банальнаяфамилия мне подходит, по-твоему? – Например, Петрова, – губы Яна растягиваются видиотской улыбке. – Совершенно другое дело. – О-о-о! Вот это полёт фантазии! – Ну, что ты фыркаешь? – Как легко ты женщинам свою фамилию раздариваешь. – Обсудим? – Точно не сейчас. – А в целом? Не нравится? Петрова Юля Викторовна. Тут тебе и звучность, и статус, и вес. – Тебя ещё и вес мой не устраивает? Ян ладонью крадется по изгибу моей талии. – Самый… Идеальный… Вес… Маленькая. Хрупкая. Фея. Сожрал был тебя, и… – Стоп, – ловлю его руку, крепко сжимая там, где она сейчас лежит. – Замри, Петров. Ян хрипло смеётся, но тут же морщится, словно от боли. Подаюсь вперёд, возвращая съехавшее влажное полотенце на его лоб. – Дурак ты, всё шутки свои шутишь. Я серьёзно, не двигайся. – А если я не хочу слушаться? – Значит, я тебя привяжу. – Ох, Иванова, как же легко ты разбрасываешься такими словами, даже не подозревая, какой эффект на меня они производят, – Ян хрипит, но в глазах пляшет знакомый озорной огонёк. Прикусываю язык, чтобы не вступать с Петровым в полемику. Даже в таком состоянии он, кажется, остаётся верен своей единственной цели – выводить меня из состояния равновесия. А я и так не в равновесии ни разу! Меня болтает, как на американских горках. – Отпусти, нужно дать тебе лекарство. – Ты моё лекарство, – упрямо. – Ян, если ты намерен саботировать лечение, то я поеду домой. Позвоню твоему брату, и пускай он сам с тобой нянчится. Вздохнув, Ян откатывается от меня в сторону. Тянусь к тумбочке за пиалой. – Открывай рот, – зачерпываю столовой ложкой густой сироп. Светлая жидкость лениво переливается, чуть липнет к краям. Пахнет терпко, но в целом – терпимо. Ян недоверчиво принюхивается и брезгливо кривит лицо. – Что это? – Лук и сахар. Бабушка всегда меня так лечила. – Ты серьёзно намерена пичкать меня этим? – Я серьёзно намерена поставить тебя на ноги. Я знаю очень много народных средств, и, уж поверь, это– меньшее из зол. – Протестую, ваша честь, – выпаливает и упрямо смыкает губы. – Петров, не будь ребёнком. Рот открывай. Мотает головой. Прищуриваюсь, мысленно отсчитывая до трёх. Один. Два. Господи, дай мне сил и терпения! Ян продолжает смотреть с упрямой усмешкой в глазах. Он, чёртов вредина, просто дразнит меня. Три. – Хорошо, – невозмутимопожимаю плечами и встаю с кровати. – Лечиться не хочешь? Отлично. Тогда сам разбирайся. Направляюсь к выходу из комнаты, зная, что он вот-вот сорвётся. – Ладно, ладно! – С лёгкой паникой в хриплом голосе. – Юль, ну чего ты? Останавливаюсь в дверном проёме, медленно оборачиваюсь. – Согласен лечиться? – Всё, как ты скажешь. Честное Петровское! Недоверчиво хмыкаю. Снова хватаюсь за луковый сироп, подношу ложку к губам Яна. Он театрально закатывает глаза, сгорает от мнимого страдания, но покорно открывает рот. Морщится так, будто я заставляю его глотать неразведенный уксус. – Фу… Мерзость. Иванова, в одной из своих прошлых жизней ты явно была королевским дознавателем. Таких изощренных пыток я раньше не встречал. |