Онлайн книга «Наследник дона мафии»
|
Феликс неторопливо курит. Наблюдает за ней, как за гибким, грациозным животным. Красивым. Хищным. Я не могу отвести взгляд. Глупая. Нужно уйти. Нужно не смотреть. Но я смотрю. Смотрю, как он тянет руку, как Аян наклоняется, касаясь его бедром. Как он цепляет ее за запястье, уверенно притягивая к себе. Аян послушно опускается к нему на колени. Боже. Впиваюсь ногтями в кожу на руках. Грудь сдавливает так, что я едва дышу. Феликс проводит ладонью по ее спине, по шее. Его губы замирают в миллиметре от ее губ, а затем она сама его целует. Долго. Глубоко. Дергаюсь как от пощечины. Внутри обжигает, словно туда плеснули керосина и подожгли. Сердце корчится от боли. Аян вжимается в мужское тело, словно хочет потеряться в этом поцелуе. И Феликс не отстраняется. Он отвечает ей. Я полная идиотка. Почему он не должен отвечать? Он же обещал махр… Не могу дышать. Не хочу это видеть. Но не могу оторваться. Не могу заставить себя не смотреть, околдованная страстью чужого поцелуя. Внезапно Феликс отстраняется, встает с дивана. Дергает Аян за локоть и ведет внутрь. Занавес. Тьма внутри меня расцветает во что-то жгучее, злое, опаляющее. Никогда бы не поверила, что это может быть настолько больно. Но смотрю на пустую террасу, и меня дотла сжигает изнутри адское пламя. Чего я ожидала? Что он не пойдет с ней? Что не поведет ее туда, где я спала совсем недавно? Ночь наваливается и давит со всех сторон. Воздух становится слишком густым, слишком плотным. Кажется, его можно нарезать ножом на части. Просто сижу, смотрю в пустоту, слушаю, как волны накатываются на берег. Какая же я дура, что влюбилась в этого мужчину! Чужого мужчину. Не моего… * * * — Для рабыни ты слишком шустро бегаешь, — насмешливый голос звучит так неожиданно, что я вздрагиваю. Аверин подходит и садится рядом на песок, подтянув ноги. — Кто бы говорил! — фыркаю якобы недовольно. На самом деле я ему рада. Очень-очень. Я уже совсем тут исстрадалась, а Жорик всегда умел вправить мне мозги. По крайней мере, раньше у него получалось. — Быстро ты отстрелялся, — не упускаю шанса его подколоть. — Это от чего же, не скажешь? — Аверин делает вид, будто не понимает. Сказать прямо «о сисястой» мне не позволяет воспитание и понятие личных границ. Приходится лавировать. — Разве твой приятель не подкинул тебе на сегодня развлечений? Я видела тебя у него в гостях, — киваю на пустую террасу. Аверин следит за моей головой, прищуривается. — Ах вот ты о чем. Ммм… Как тебе сказать… Ты знаешь, я люблю, когда все соответствует нормам. А такое времяпрепровождение, какое ты имеешь возможность наблюдать, для мужчин не является нормой, детка… — он достает из кармана пачку сигарет. — Ты не против, если я закурю? Я качаю головой. — Так вот. Оно не является нормой, если сердце мужчины несвободно. — Значит твое свободно? — спрашиваю, чертя пальцем на песке ровные линии. — Нет, — Аверин подкуривает, прячет зажигалку в карман, — мое несвободно. Поэтому я предпочитаю сидеть на холодном песке с вредной девчонкой и вытирать ей нос. Кстати, ты не замерзла? — Нет. И ты не вытираешь мне нос, — вскидываюсья, перекидывая волосы через плечо. — Это образное выражение, — утешает Аверин. — А куда твоя девушка делась? — Девушка? Понятия не имею, — он пожимает плечами. — Считаешь, я должен был поинтересоваться? |