Книга Наследник дона мафии, страница 30 – Тала Тоцка

— Верю, красивая. Верю.

Милана

Это правда, он в нее влюбился.

Я так надеялась, что мне показалось, но мои надежды рассеялись как утренняя дымка над Индийским океаном.

Феликс полдня проторчал у нас в кухне. Они с Евой мило щебетали, пока я доваривала суп.

Уже даже не притворялась, что подглядываю в телефон — все равно на меня никто не смотрел. Да и рецепта никакого не было. Бросала все, что нашла.

Нашла немного — несколько сморщенных картофелин, рис, лук-порей. Долговязый принес ящик тушенки. И конечно бананы.

Здесь их полно, какие хочешь. Я подумала и добавила в суп зеленые, вместо картошки. Очень правильно добавила, бананы со своей ролью справились превосходно.

В отличие от меня.

Свою роль я полностью провалила.

Светлана — роковая женщина, она бы влюбила в себя Феликса в два счета. Я нисколько в этом не сомневаюсь. Он на Еву бы и не посмотрел.

Но я совсем другое.

Я не умею так смотреть, как Лана. Так обольстительно улыбаться.

У Евы это выглядит пошло. У Светланы выходило по-королевски. Мне уже почти жаль, что ее здесь нет, она бы точно сумела поставить на место эту лахудру.

А Феликсу, получается, в самый раз…

Пока влюбленные воркуют на улице, наливаю в металлическую миску суп и отставляю в сторону. Пусть немного остынет. А я пока напишу список продуктов, которые надо… что?

Купить? Украсть? Раздобыть?

Не знаю, передо мной никто не отчитывался. Но мое дело написать, а где они их возьмут, меня не касается.

С неприязнью кошусь на раскрытую дверь — Феликс с Евой захотели покурить, и я выгнала их из кухни.

Терпеть не могу, когда сигаретным дымом пропитываются одежда и волосы. Приходится потом голову мыть и сушиться на солнце.

На удивление у нас есть душ. И вообще с пресной водой нет проблем, потому что Феликс установил возле дома опреснительную установку.

Наверное у него в доме и ванна есть. Еще немного, и он свою Еву в дом заберет.

Что ж, жаль, что я влюбилась в такого нетребовательного мужчину…

Стоп, влюбилась? Да ничего подобного! Это меня просто клонит в сон, я не высыпаюсь. Я уже говорила — пыль, жара, гул ветра. С утра крики рыбаков и собачий лай…

— Лана, Лана! — доносится сквозь вату в ушах. — Что с тобой?

Вату? Какую вату?

Открываю глаза. Я сижу на полу, обняв корзину с бананами, и сплю.Возле меня на коленях стоит Феликс и трясет меня за плечи. В его глазах читается неподдельная тревога.

Из-за широкого рельефного плеча выглядывает Ева. Она нисколько не перепугана, скорее, недовольна, что пришлось отвлечься.

Может, они как раз целовались, а тут я? Захрапела, например.

Я вообще-то не храплю, но вполне могла начать. На нервной почве…

— Я же говорила тебе, что она спит! — фыркает Ева.

— Мало что ты говорила, — как-то не очень приветливо для влюбленного отвечает Феликс.

Ну да ладно. Мне то что. Я уже приняла решение выбросить его из головы.

Но все равно приятно…

— Хватит меня трясти, — пробую отодрать от своих плеч его руки. Получается с трудом.

— Лана, посмотри на меня, — Феликс тут же обхватывает ладонями мое лицо, — тебе плохо? Говори!

Хоть я и понимаю, что он больше беспокоится о деньгах, которые Ланин отец за меня заплатит, но где-то в глубине души живет робкая надежда, что его немного заботит моя персона…

— Она не спит почти, — вмешивается Ева, и мне снова кажется, что мои уши набиты ватой. — Сил никаких нет, крутится всю ночь. Сама не спит, и мне не дает.