Книга Наследник дона мафии, страница 32 – Тала Тоцка

— Твой отец говорил, что ты упрямый, но ты…

— Он.Мне. Не. Отец, — Феликс чеканит слова, и даже я чувствую горечь, которой пропитано каждое из них.

— Он так не считает.

— А мне похуй, что он считает. Я полжизни был для него сыном горничной, которую он трахал. Теперь вдруг синьор Винченцо решил, что я ему нужен? После того, как умер мой брат?

— Да, и ты не должен лезть в эти разборки, — отвечает Аверин безжалостно. — Твоя мать никогда не жила как живут простые горничные, вы ни в чем не нуждались. Так что не пизди, твой отец всегда о тебе заботился.

— Он мне не отец, — Феликс почти рычит, — и никогда им не был. Приходил к моей матери, когда ему было удобно. И она позволяла ему это, потому что любила, а он… Он просто использовал ее. Как и всех. Как теперь хочет использовать меня.

— Не тебе судить, какие у твоих родителей были отношения. Твоя мать не была безмолвной овцой, она сама сделала выбор. Говоришь, любила? Так я напомню тебе, если ты забыл, что Винченцо был женат, — судя по звукам, Аверин делает шумный глоток. Пьют, что ли?

— Будь Маттео жив, твой наниматель обо мне и не вспомнил бы. А так сразу Итонский колледж, Йельский университет, столько благ на одного голодранца!

— Твоему отцу нужен наследник, — Аверин продолжает переть как танк. — Ты прекрасно знаешь, чем может обернуться твое упрямство. Если не согласишься стать его преемником, твой отец потеряет все. И ты, кстати, тоже.

— А я и так потерял, — небрежно бросает Феликс, — и на активы Ди Стефано мне абсолютно наплевать.

— Ты думаешь, что, став пиратом, что-то ему докажешь? — Аверин говорит с раздражающим спокойствием. — Проблемы, которые ты ему создаешь, он все равно решит.

— Неужели? — отвечает Феликс с сарказмом. — Хочешь сказать, ведущий химик и агроном, которых мы захватили на лайнере, не имеют для его бизнеса никакого значения?

Ведущий химик и агроном… Горин и Мейер, что ли? Лысый с бородатым, мои товарищи по несчастью?

Хм. Только зачем Феликсу понадобились химик и агроном? Неужели он собрался выращивать в Сомали картошку? Или яблоки?

— Послушай, упрямый мальчишка, — я будто наяву вижу, как Аверин потирает переносицу, — я столько сил потратил на то, чтобы в войне наркокартелей победил Винченцо*, что просто не позволю тебе все это разрушить. Пойми, чертов борец с ветряными мельницами, что это гидра неубиваема.Зато ею можно управлять. И твой отец самый адекватный, потому его и выбрали. Он договороспособный, умеет идти на компромис. Я был за его кандидатуру только по этим причинам. И тебе никто не даст сломать установившийся паритет.

— Да похуй на ваш паритет. Я не собираюсь в этом участвовать. Тем более, его возглавлять.

— Твоему отцу все равно нужен наследник…

— А мне нужен был отец. И брат, — перебивает его Феликс. — Я тринадцать лет жил, не зная, что Маттео мой брат. И он обо мне не знал. А Винченцо делал вид, что я ему никто.

— Так может не просто так он его делал? — взрывается Аверин. — Именно чтобы тебя не связывали с ним, и ты мог строить свою жизнь как считаешь нужным?

— Вот я это и собираюсь делать, — чеканит Феликс, — подальше от неудавшегося папаши.

— И поэтому ты не придумал ничего лучше, чем выкрасть дочь его партнера? И ведущих специалистов? — теперь очередь Аверина источать сарказм.

— Я не знал, что Светлана плывет на этом лайнере, — нехотя отвечает Феликс, — и не отдавал таких распоряжений. Ее узнал один из моих людей и прихватил заодно с Мейером. Мы охотились на него и Горина.