Книга Мой верный, страница 96 – Эмилия Грин

— Хорошо, передам. Жена обрадуется.

Покосившись на экран компьютера, Паша сухо бросил:

— Кирюх, мне пора.

— Подарки не забудь. — Я влил в себя остатки американо. — Наконец-то у тебя в офисе угощают вкусным кофе.

— Да, мышка свое дело знает, — равнодушно ответил он, выключая компьютер.

— Мышка?

— Ну ты же ее видел? — снисходительно улыбнулся Паша. — Страшила. Все жду, когда подвернется повод избавиться от этого недоразумения.

— Зачем тогда нанимал? — поднявшись, я устало потер переносицу.

— В том-то и дело, что я ее не нанимал. Пока находился на отдыхе, моя заместительница решила выпендриться и провела онлайн-собеседование, а мышка обошла всех соискательниц на должность секретаря. Теперь это пугало мне глаза мозолит. А секретарша должна что делать? Глаз радовать! — ухмыльнувшись, он вытащил из шкафа пуховик.

— Так все дело только в ее внешности?

— Кирюх, не сыпь мне соль на рану, — Левицкий толкнул дверь в темную приемную. — Она классный работник, тут вопросов нет, однако явно не на своем месте. И вроде молодая девчонка, в этом году окончила универ… Но так кошмарно выглядеть — надо еще умудриться. Мышка из каких-то подмосковных дебрей родом, каждые выходные навещает больную бабку, — товарищ вздохнул. — Но у меня же здесь не благотворительная организация?

Как-то не по-людски это — лишать девчонку работы только потому, что она внешне не топ-модель. Но я оставил свои мысли при себе.

— Слушай, если надумаешь ее увольнять — свистни, я устрою твою мышку к себе. У нас в отделе кадровпостоянная текучка, сообразительные работники всегда нужны, — обронил я между делом.

— Идет, — Паша взял со стола какой-то цветастый сверток и букет, аккуратно завернутый в крафтовую бумагу. — Был рад тебя видеть, Кирюх.

— Взаимно.

— Павел, вы точно танцуете сальсу? — широко улыбаясь, обратилась к моему партнеру хореограф, когда Левицкого понесло не туда.

— Я танцую вальсу! — ухмыльнувшись, Пашка протащил меня по паркету и вновь притянул к себе за талию.

— И не забывайте про бедра! — преподавательница Ксения, статная брюнетка лет сорока в черном танцевальном наряде, погрозила Паше пальцем.

— Я вас умоляю! Как можно забыть про бедра? — подмигнув мне, Левицкий начал так энергично покачивать бедрами, что я вообще перестала за ним поспевать.

— Саша, ближе. Еще ближе! Не шарахайся от него! Не забываем, что сальса — это танец близкого контакта. Без полного взаимодействия между партнерами не будет хорошего ведения. Не будет импульса! — хорошо поставленным голосом вещала хореограф.

Запыхавшись, я пыталась поспевать не только за партнером, но и за другими парами, потому что наша группа состояла сплошь из одних профессионалов с большим опытом в сальсе и бачате. Я столько лет занималась, однако вот уже третье занятие чувствовала себя аутсайдером. Руки не слушались, ноги путались, голова дергалась на манер китайского болванчика.

Я будто заново училась не только танцевать, но и жить. Шаг за шагом, связка за связкой.

А ведь еще совсем недавно казалось, ничто не заставит меня покинуть свою комнату. Вообще выйти из дома. Но у любого горя, как выяснилось, есть прошедшее время.

Хотя я до сих пор чувствовала пустоту в теле, сердце и душе. Возможно, однажды, качая коляску с моим малышом, наступит день, когда я осознаю, что замершая беременность — это прожитая история. Возможно, я смогу думать об этом без подступающего к горлу кома.