Книга Мой верный, страница 91 – Эмилия Грин

Я закусила губу при виде лукавой мальчишеской улыбки Левицкого. Серьезные серые глаза светились пониманием и теплотой.

И я разревелась, охваченная бурей самых противоречивых эмоций.

— Ну что, Сахарок, пришло время учиться жить заново?

На календаре была середина декабря, и пространство вокруг нашего бизнес-центра напоминало волшебный лес — кругом заснеженные елки. Только новогоднего настроения у меня ни черта не было. Еще и с женой с утра умудрились поругаться.

Я настаивал отменить некоторые ее встречи, да и в целом, пока ситуация с Полянским не разрешится, без надобности не выезжать из дома. Даже с телохранителем. А моя Алина, видите ли, нарасхват — каждый день у нее расписан, в шоуруме перед праздниками толпы женщин, жаждущих купить наряды из новой коллекции, а еще постоянные предложения о съемках и интервью.

Извини, родная, но придется охладить твой пыл.

Потому что здоровье и безопасность моей жены для меня важнее всего.

Откровенно говоря, я очень напрягся после известий от Артема. Не представляю даже, что бы со мной было, окажись Алина на Сашином месте. Тут здоровый мужик с крепкой психикой бы не вывез, а она, хрупкая девчонка, попала в такую заварушку. И после всего этого узнать о потере ребенка… Полный мрак.

Да, об этом брат тоже мне рассказал, что удивительно, ведь мы никогда особо не откровенничали.

Но если он поделился…

Воронов!

Кашлянув, я перевел взгляд на сосредоточенное лицо брата.

Мы только закончили обсуждение рабочих вопросов.

Несмотря на отзыв нашей компании в самый разгар торгов, никто из постоянных партнеров не отказался от сотрудничества, и акции «Апостол-групп» практически не упали в цене. Кроме того, у компании, выигравшей тендер, внезапно начались проблемы с документами — это означало, что для нас еще не все потеряно.

Однако брат решил сменить тактику и на некоторое время затаиться, не проявлять больше интереса к покупке того участка.

— Что с крысой? — снова заводясь, спросил я.

Мы не сразу вычислили «предателя» — человеком, сотрудничающим с Полянским, оказался один из наших проверенных людей, зарекомендовавший себя еще во время работы с отцом. Его завербовали, подсадив на какую-то дрянь. А зависимые люди за дозу мать родную готовы продать… Это был нож в спину.

Однако Артем с Толей решили пока не спешитьс казнью, установив за предателем слежку. Самым сложным было делать вид, что мы ни черта не понимаем. Но это было необходимо, чтобы выяснить масштаб утечки информации и в итоге сыграть на опережение.

Перефразирую известное изречение: если притвориться трупом и поплыть по реке, можно узнать много нового о своих врагах.

— Все под контролем, — брат поднес сигарету ко рту и крепко затянулся. — Но Полянский не дурак, поэтому мы организовали небольшой спектакль по его душу. Пусть дедушка немного расслабится… — снова затянувшись, Артем бросил окурок в пепельницу.

— Как Саша? — негромко спросил я.

— Есть прогресс. Передай Алине спасибо, это была ее идея с танцами, — брат подцепил из сахарницы кусочек рафинада и положил его в рот.

— Ну хоть какая-то помощь, — вздохнул я. — Алина переживает, что Саша не хочет ее видеть. Она ведь не понаслышке знает, каково это — находиться в затяжной депрессии…