Книга Игра в недоступность, страница 21 – Моника Мерфи

Первый день воздержания дается мне с легкостью, так что я преисполнен уверенностью в себе. Возможно, даже слишком. К концу тренировки слухи о моем решении распространились по всей команде. Даже тренерский состав оказался в курсе событий. Один тренер отозвал меня в сторонку и сказал, что, по его мнению – идея просто прекрасная, и он бы хотел, чтобы другие ребята из команды последовали моему примеру.

– За юбками гоняться весело, а когда ты молод и находишься буквально на вершине, еще и легко, – поясняет он. – Но, черт возьми, киска ужасно отвлекает. А тебе лучше сосредоточиться на игре.

Я полностью согласен с его словами и потому киваю. Меня переполняет самодовольство. Отличная идея. Просто идеальная.

Высокомерие во мне так и кипит, так что вечером, разговаривая с папой по видеосвязи, я сообщаю и ему о своем решении. Он очень удачно позвонил: как раз в тот момент, когда я собирался убрать домашку по статистике куда подальше и посидеть в телефоне вместо этого.

– Что-что ты собрался сделать? – практически кричит отец, услышав, что я отказался от секса. Его вопли, разумеется, тут же привлекают мамино внимание.

– У Нокса все в порядке? – кричит она где-то на заднем плане.

– Не говори ей, что я тебе сказал, – яростно шепчу я.

– Не скажу, не скажу. – Он отворачивается от экрана. – Все у него отлично, милая! Все хорошо.

– Я хочу поговорить с ним после тебя! – кричит она в ответ.

На мгновение я закрываю глаза. В определенном смысле я ненавижу подобные моменты. Я люблю родителей всем сердцем. Мы очень близки, и я считаю, что мне с ними повезло – они всегда были мощной положительной силой. Всегда подталкивали делать то, что мне хочется, не отказываться от мечты. Мало кому из моих друзей так повезло.

– Сынок, по-моему, идея не очень хорошая, – заявляет папа, укрывшись наконец в своем кабинете. Я узнаю знакомые стены и гигантское окно во двор. – Ты собираешься отказаться от секса на весь футбольный сезон?

– Да кому он нужен? Точно не мне. – Может, если я буду постоянно это говорить, то и сам поверю.

– У тебя всегда были… здоровые аппетиты. – Он морщится. Разговаривать на эту тему папе явно неловко.

Как и мне, кстати.

– Мне нравятся женщины. Но я устал менять одну на другую, не имея возможности узнать толком хоть кого-то из них. Кроме того, постоянные случайные связи отвлекают, а мне надо сосредоточиться. Расписание занятий в этом семестре перегружено. Там и статистика, и те занятия по английскому, которые я откладывал с первого курса. Плюс, вся команда ориентируется на нас, видит в нас лидеров. Это я про себя и Кэма, – поясняю отцу.

Папа был в восторге, когда узнал, что меня назначили со-капитаном. Он считает, с лидерскими навыками я далеко пойду. Остается надеяться, что он прав.

– У тебя сейчас много дел, понимаю. Тебе кажется, что тебя заваливает со всех сторон, что единственное, от чего можно отказаться…

– От женщин, – заканчиваю я за него.

Отец вздыхает, качает головой.

– Одно я тебе точно скажу, мы с тобой – две совершенно разные породы.

– Вся разница в том, что ты влюбился в маму, когда вы совсем юными были, вот и все. Раз и на всю жизнь.

У меня и близко никогда не было подобного. И меня это не злит. Я не хочу оседать. Черт, последние три года я наслаждался жизнью на полную катушку, женщины только успевали сменять друг друга, от них отбоя не было.