Книга После развода. Зима в сердце, страница 15 – Юлия Пылаева

— Снежана так плачет, что я подумал, что-то случилось. У вас всё нормально?

— Дети плачут, Золотов, представь себе. И очень часто делают это по ночам, отчего их матери не высыпаются. Ты сам, как вчера родился, ей-богу, таких элементарныхвещей не знаешь. У нас всё не просто нормально, а отлично! Так что уходи…

Дверь распахивается, и Паша медленно заходит на нашу со Снежаной территорию. Здесь всё максимально розовое, потому что у нас одна спальня на двоих. Внутри дом отделан намного лучше, чем снаружи, и, кажется, Золотов этого не ожидал.

В его голове наверняка было что-то вроде пола из коричневых досок, стен со старыми обоями и пожелтевшего от времени потолка. А у нас тут красиво. Я сама шпаклевала и красила, ещё будучи беременной.

Комната в бело-розовых тонах со всей необходимой мебелью. Есть даже кресло-качалка, сидя в котором я иногда укачиваю дочь.

— Ты не можешь её успокоить? — прямо, но мягко спрашивает он, а я почему-то сразу же обижаюсь, словно он таким завуалированным способом назвал меня плохой матерью. — Не надо так на меня смотреть, Тань, — он медленно подходит к нам. — Я не со зла это спрашиваю, просто… — он опускает взгляд на малышку. — Давай я возьму её на руки и постараюсь успокоить? И кстати, почему ты решила дать ей такое необычное имя, как Снежана?

— Не твоё дело.

Рядом с ним я становлюсь грубиянкой и сама себя не узнаю. Он единственный человек на всём свете, которому я столько нагрубила за такой короткий промежуток времени!

И вроде бы он этого заслуживает на все сто процентов… Только вот я себя от этого чувствую противно.

— Как не моё, когда она — моя? — тихо говорит он, и я вижу, чувствую, как его тянет к Снежане магнитом.

— Год назад не твоя, а сегодня твоя? Так не бывает, — я отворачиваюсь от него к окну. — Паш, хватит… хватит ломать комедию. Ты сам-то веришь в свои слова? — бросаю на него быстрый взгляд через плечо. — Я допускаю, что мы со Снежаной для тебя этакая диковинка, — сердце сжимается, когда я это говорю, — но ты нам не нужен ни как спонсор, ни как папа. Сколько раз я должна говорить тебе одно и то же… Паша?..

Произнося свою пламенную речь, я настолько увлеклась, что не услышала его шагов. А он подошёл так близко, что его грудь коснулась моей спины. Сильные руки нырнули под мои, и вот он уже помогает мне держать на руках дочь.

Мы делаем это вместе. Он слегка меняет ритм, которым я укачиваю Снежану, делая его другим… своим.

И дочь прислушивается к этим переменам. Плач постепенно утихает. Своими большими глазами она смотрит вверх— на нас с Пашей.

— Вот так, — я не вижу его лица, но прекрасно слышу в его голосе горделивую улыбку. — Ты говорила: уйди, уйди… — уже эти слова предназначаются мне. — А как я могу уйти, когда у меня не получается, Тань?..

— Это не мои проблемы, Золотов, — шепчу, чтобы не потревожить нашу с ним засыпающую малышку.

А может, дело в том, что он настолько близко, что сил у меня хватает только на шёпот? Чем больше времени мы вот так стоим одновременно, держа в руках нашу дочь, тем больше мне кажется, что это сон.

Реальность не может быть такой. Не может! Он — жестокий мужчина, который когда-то меня бросил, решив не марать своих рук даже о такой процесс, как развод.

С чего ему вдруг стать эмпатичным и заботливым отцом?