Книга Каролина Кароль, страница 52 – Дарья Волкова

И Пушка с ее смертоносным ударом, бесконечными рельефными ногами и острой косой пресса превратится во что-то невероятно нежное и сладкое. И бесконечные рельефные ноги будут идеально лежать на его плечах, его язык будет скользить по острой косой пресса, а ее пальцы, на которых еще недавно был тейп, будут касаться его так, как никто никогдане касался.

Как он сможет без этого, как?!

А как он может не уехать?

Нет, вполне возможно потом вернуться. Но Рауль… Нет, о нем Леонид думать вообще не мог! На этой полярности его растягивало, как на средневековой дыбе. С одной стороны Каро, с другой… Нет, даже не мать. А Рауль, чтоб его!

Мало он крови им всем испортил. Ну, если точнее, то маме. Курсы он прослушал, как же. Раньше надо было слушать курсы, как не поднимать руку на женщин.

Леонид вздохнул. Растер шею. Встал, повел плечами, разминая. Он все равно уедет. По-другому никак. А вернется ли… Он не знал. И от этого было невероятно больно. А еще непонятно, как разговаривать с Каро. Как ей это сказать? Как объяснить?!

А, может, и не будет никаких сложностей. Может, это он тут впал в какую-то непонятную рефлексию. А на самом деле все просто.

«— Я уезжаю. — Ок.»

Да не может быть так! Какое, на хрен, «Ок»?!

А как должно быть? Чтобы она расстроилась? Сказала: «Не уезжай». А что ты тогда скажешь? Что не можешь не уехать?

А что ты вообще можешь ей предложить? Ей? Вот такой?

Вот мы и добрались до сути. До такого самого противного, неприятного вопроса, который лежит в самой основе всего. До той самой иголки, которая в яйце, зайце, утке или что там еще. Никогда не понимал посыла этой психоделической сказки.

А предложить нечего. Даже гарантии возвращения. Потому что Рауль. И потому что… А вдруг ей самой это все на хрен не надо? Уезжаешь? Как это говорят — скатертью дорога!

Тьфу ты, черт! Сколько можно заниматься этим бесполезным самоедством? Строить предположения на пустом месте? Надо просто поговорить.

***

— Каролина, нам надо поговорить.

Она оказалась не готова к этой фразе. Но, разумеется, тут же попыталась спрятать свою растерянность.

Каро знала, была уверена на сто процентов, о чем пойдет разговор. О том, о чем она старалась упорно не думать, делать вид, что этого нет. У нее получалось. Гвоздь перед серией выездных гонял их, не зная ни жалости, ни усталости. Каролина давно привыкла к высоким нагрузкам и умела выстраивать свой организм по необходимым правилам. Сейчас все, что оставалось после работы на площадке, отдавалось ему.

Лу.

И ни на что другое не оставалось уже не времени, ни сил. Впрочем, то, что происходило между ней и Лу, не требовало каких-то особыхусилий. Все с ним было естественно. Само собой. Классно. И ко всему этому Каро страшно быстро привыкла.

К тому, что почти каждый вечер рассказывает ему о том, как прошли тренировка. Жалуется на Гвоздя. Слушает его рассказы, и больше всего ей интересно про Кубу. Привыкла к тому, что он ее постоянно лапает — утверждает, что в медицинских целых. Привыкла к тому, как он клеит тейпы, и как потом снимает. Привыкла засыпать рядом с ним, таким шерстяным и жарким. Слышать его ворчание на тему: «Хорош вертеться». Привыкла к тому, что он громко сопит, именно сопит, и даже стала находить это милым. Привыкла к тому, что он сгребает ее в кучу, вместе с одеялом, и ей это даже удобно — прижиматься спиной и заспать, покачиваясь, как на волнах, на ритме его дыхания.