Онлайн книга «Бандит. Цена любви»
|
— Ты же ее ненавидел. — Это не правда! Заткнись! Я люблю свою мать! — орет Кир. — Люблю! Мам! Я слышу, как его голос срывается. Слышу стук, шуршание, тяжелое дыхание Кира. — Ну, же, ма… Ты не можешь так вот со мной поступить, мам. Посмотри на меня. Пожалуйста. Ты должна посмотреть на меня. Всего разок. Ты же… Я же все это… Все это ради тебя… Для тебя. Я это сделал. Бизнес… Ты бы видела. Столько денег… Я все отнял у этих козлов, чтоб только ты гордилась. Я же обещал. И сделал… А ты… Это не справедливо! Я стою в полнейшем шоке, слушая, как в мгновенье ока Кир из уверенного напыщенного бандюгана превратился в юного мальчишку… Как бы я его не боялась и какие бы негативные эмоции не испытывала, сейчас я его прекрасно понимала… Для меня потеря мамы была уже пройденным этапом. Пройденным, но не отпущенным. — Блин, ма… Мам, не надо. Вернись. Простопосмотри на меня, прошу. Всего разок. Я же знаю, что ты здесь. Да? Ты здесь. Просто тело уже подводит… Нет, нет, ты не подумай, ты прекрасно выглядишь. Как всегда… Пожалуйста, ма. Просто посмотри. Это не сложно… Ма, ну не поступай так со мной опять. Что же ты… Ну, не бросай меня. Скажи, что гордишься мной! Скажи, что гордишься! Хоть один раз скажи это, блять! Сука! Хоть один раз за всю жизнь, блять! Скажи, что гордишься мной! Я ведь молодец! Я слушаю, как дрожит его голос. От ярости, от слез, от разочарования… Боже, как же он зависим от похвалы… Ему же не бизнес нужен. И даже не я… Бедный маленький мальчик, которому не хватило простой материнской любви. Но если Кир и Борис братья, почему же тогда они так различаются? — Кир… — Заткнись! Так не должно быть! Все же было нормально. Почему мне никто ничего не сказал? Ублюдки, блять! Это же мать моя! — Приказ Бориса. — Борис блять! Сука. Чтоб его… Я столько ношусь, чтобы все исправить. А он вот так? — Ты носишься, чтоб исправить? — даже сейчас голос Михалыча пронизан иронией. — Да, блять! Ты не понимаешь, вот и заткнись. Ты не понимаешь, Михалыч. Авторитет Бориса пострадал. Он прогнулся, постарел. Его уже не считают таким опасным, как раньше. — Ему тридцать семь, а не шестьдесят, умник. — Да, считай уже вышел в тираж. Ты не понимаешь, какой сейчас мир. Будущее за моим поколением, за молодыми. А Борян. Он… Его авторитет пострадал, да, — Кир прямо уверен в том, что говорит. — Задета честь нашей семьи. — Задето твое больное эго, а не честь семьи. И больше ничего. Наступает тишина. Тяжелая, напряженная… Опасная. Такая тишина, слушая которую понимаешь, что лучше бы человек орал. Шаги, раздавшиеся в этой тише, прозвучали еще более зловеще. У меня внутренности свернулись в калачик, когда кто-то спустился со второго этажа и прошел мимо шкафа, в котором я сидела. — В общем передай Боречке, что если он не отдаст мне девку, будет только хуже. Он раскис, пусть вспомнит, что у него есть яйца. Пусть вспомнит, что у него есть реальная семья. Пусть выбирает. Семья или левая баба. Нельзя открещиваться от родных ради какой-то манды. — Я то передам. Только здесь ты ее не найдешь. — Ну, да, да. Еще скажи, что в этой сумке шмотки для тебя. Если ее нет здесь сейчас, то это не значит,что я поверю в сказочку, будто ее здесь вообще не было. Не пизди, окей? Я не идиот. Если Боря не послушает, а я уверен, что он забьет хуй на мои слова. Так передай девке этой, что у нее очень симпотные подружки. Да и муженька тоже смогу пристроить. Ну, ты понял… — я вздрагиваю от смеха, что раздался следом за этими словами. |