Книга Лезвие бритвы, страница 141 – Энн Бишоп

— Нет, — сказал Саймон, подавляя желание выпалить ответ.

Было бы неразумно злить Генри, когда они находятся в движущейся машине и он не сможет увернуться от удара.

— Может, и так. Она учится у нас, мы учимся у неё. И мы с ней… Мы учимся вместе.

Снова молчание.

— Хорошо, — сказал Генри.

ГЛАВА 36

День Луны, Майус 14

Джексон Вулфгард сделал пару глубоких вдохов, прежде чем открыл дверь в комнату девушки со шрамом. Когда он не почувствовал запаха крови, он вошёл и поставил тарелку с едой на стол, а затем изучил девушку, распростёртую на кровати. Она моргнула, потом зевнула, показав полный рот изящных здоровых зубов.

— Я принёс тебе поесть.

Он сделал шаг к кровати, заинтересовавшись рисунками, которые она сделала. Первый был похож на рисунок лоскутного одеяла. Он не был уверен, чтозначил второй. Но третий рисунок…

— Что это? — спросил он, указывая на третий рисунок.

— Это то, что я слышала вчера ночью.

Джексон посмотрел на землю, освещённую лунным светом. Два Волка подняли головы в песне. Пар вырывался из их пастей, поднимаясь к ночному небу, где он принимал очертания бизонов и лосей, зубров и оленей, горных козлов и кроликов.

— Ты нарисовала нашу песню.

Девушка спрятала руки под мышки, как будто хотела защитить их.

— Я что-то сделала не так?

— Нет.

Он взял рисунок и увидел, как её глаза наполнились сожалением.

— Я хотел бы показать это старейшинам Вулфгарда. Я принесу его обратно.

— Могу я… — она старалась не встречаться с ним взглядом. — Могу я повесить его на стену?

— Да.

Теперь она посмотрела на него. Просто щенок, боящийся наказания за то, что следует своим инстинктам. Это означало, что люди в резервации наказывали её за рисование картин. Почему?

Ему нужно было что-то сказать.

— Трава не такого зелёного цвета, как листья, а вода может быть разных оттенков синего. Я могу сходить сегодня на торговый пост и посмотреть, есть ли у них ещё карандаши… Если тебя не огорчит наличие большего количества цветов.

— Я люблю цвета.

Он повернулся, чтобы уйти.

— Они собирались отрезать мне пальцы. В том месте. Они собирались отрезать мне пальцы, потому что мне нужно было рисовать, а они хотели, чтобы мне нужны были только порезы вместо этого.

Он вышел из комнаты и осторожно прикрыл за собой дверь.

Грейс посмотрела на него, её улыбка исчезла, когда она изучала его лицо.

— Что случилось?

Она понюхала воздух.

Он повернул рисунок так, чтобы она могла его видеть.

— Откуда она узнала? — спросила Грейс, глядя на рисунок.

— Об этом я спрошу Мег-Первопроходца. Прямо сейчас я хочу показать это нашим старейшинам. Затем мне нужно съездить на торговый пост Интуитов.

— Ты должен купить рамку для картины сладкой крови.

— Пойдёшь со мной выбирать?

Грейс была белой Волчицей, которая в юности спустилась с Высокогорного Северо-Запада и, в конечном итоге, нашла дорогу в Свитуотер. Она могла сойти за человека, но её волосы оставались белыми с прядями лёгкой седины. В сочетании с молодым лицом она выглядела необычно и привлекала к себе внимание, что заставляло её чувствовать себя неловко.

— Когда я ходила туда на прошлой неделе, на фактории были незнакомые люди, — сказала она. — Мне не понравился их запах. Не думаю, что Интуитам они тоже понравились.

Он шагнул ближе.

— Ты должна была сказать мне.

— Я сказала старейшинам. Я думаю, что Вороны наблюдают за деревней, а Ястребы и Орлы обращают внимание на дорогу и машины, идущие в нашу сторону, — она взъерошила свои волосы. — Я пойду с тобой. Не думаю, что кто-то из нас должен посещать торговый пост в одиночку. Не в ближайшее время.