Книга Фиктивная жена для герцога-монстра, страница 126 – Элина Амори

Брант

— Как ты узнал? — прохрипел я. Эйлин так старалась играть на публику, что даже ближайшие слуги поверили. Неужели... — Киллиан? Меня сдал дядя?

Я устало откинулся в кресло. Что ж, видно, у меня нет и не было никогда ни одного союзника. Но в этом лишь моя вина. Странно было думать, будто брат императора не захочет выслужиться. И как я мог так облажаться?

— И как давно ты знаешь? — Я вглядывался в лицо императора, пытаясь прочитать его намерения. Если он в курсе, почему до сих пор не наказал меня за обман?

— С самого начала. — Он прищурился и чуть подался вперед. — Потому что это был мой план.

— Что? — Этого я уж совсем не ожидал. — Киллиан пришел ко мне с этой идеей после твоего указа о женитьбе… Это ты ему приказал?

Император вздохнул, устало потер глаза и кивнул.

— Верховный вместе с Советом заставили меня подписать указ. Было очевидно, что выполнить его ты не сможешь. Ни одна женщина не пойдет за тебя по-настоящему. Спасти мог только фиктивный брак. Шанс был ничтожным, но он был. Конечно, остальное зависело от тебя, но мы хотели дать тебе этот шанс.

— Мы?! — я снова повысил голос. — Ты говоришь так, словно тебе не все равно! Словно не ты пытался утопить меня все эти годы своими указами!

— Да, мы! — парировал император. — Киллиан отлучен от дворцового совета и лишен должности лишь для того, чтобы я мог приставить его к тебе как наставника! С самого начала я знал все, что он делает, и давал ему указания. Ты был под его присмотром, потому что я не мог делать это открыто.

— Невероятно… — пробормотал я, утопая в растерянности. Выходит, Киллиана он приставил ко мне намеренно, а не отстранил из-за нашей связи? Но я не мог поверить так просто и перечеркнуть все, что знал и видел раньше. — Заставили императора подписать указ? Ты что, марионетка? Кому в конце концов принадлежит власть?

— Да, Брант, император теряет силу, — холодно ответил он. — Жрецы — единственные обладатели магии, и это дает им неограниченные преимущества. В странах, куда они приходят, со временем не остается иной власти, кроме жреческой. Нас ждет то же самое. Видишь, сколько у меня осталось сил? Я не могу решать вопросы без их вмешательства. Даже восстановить тебя в титуле удалось лишь под сенью праздника Диверии, подприкрытием ее «благословения». Опровергни Верховный мои слова прямо там — и сам бы выглядел еретиком в глазах паствы.

Он встал и, сцепив руки за спиной, зашагал по комнате. А у меня по спине бежали мурашки. Я складываю события в одну цепочку: Киллиан уговаривает меня прийти на праздник, император взамен на неприкосновенность Эйлин заставляет меня явиться в храм и участвовать в мероприятии… Все было спланировано ими. А жрецы пытались помешать. Догадывались, что император что-то затевает и не хотели пускать меня едва не ценой жизни гостей праздника.

— Я — последний настоящий император Валории. После меня от нашей династии останется одно название. В лучшем случае на троне будет сидеть марионетка, как ты и сказал, в худшем — империя станет официальным оплотом Диверии, как Айлион.

Он приблизился, и в тусклом свете свечей я разглядел темные круги под его глазами.

— Больше половины аристократов в Совете уже с ним повязаны, — продолжал он. — Остальные боятся впасть в немилость храма. В случае проблем они идут не ко мне, а к Верховному, потому что именно он может их решить. Силой магии. Я тысячу раз думал сжечь главный храм!