Книга Мои французские каникулы, страница 60 – Саша Паулан

– Только не отпускай!

И мы помчались! Я крутила педали, Патрис держал велосипед, ветер развевал наши волосы, а я не могла перестать смеяться. Вот оно, счастье! В свободе. В ощущении легкости. После нескольких таких пробежек Патрис предложил мне попробовать поехать самой:

– Мне кажется, ты уже готова.

– Нет-нет-нет! – взмолилась я. – Патрис, я боюсь!

– А если я буду бежать рядом, но не буду придерживать велосипед?

– Ладно, уговорил.

Я собрала все свои силы и крутанула педаль. Еще. Еще. Еще. Я еду! У меня получилось. И эта мысль была роковой. Я отвлеклась от управления и осознала это уже в полете. Мир замедлился. Вот почему я боялась кататься: падать больно. Еще секунда, и я упаду на землю. Я зажмурила глаза, но удара не почувствовала – упала на что-то мягкое, а потом аккуратный кувырок, и я лежу на траве, прижатая чем-то тяжелым. Может быть, я умерла от падения? Приоткрыв глаза, увидела над собой нависшего Патриса.

– Привет, – прошептал он.

– Привет…

– Кажется, я тебя спас!

– Да…

– И заслужил награду.

Патрис не стал дожидаться моего ответа, а просто поцеловал меня. В губы. Мой французский поцелуй. И это было невероятно. По моему телу пробежали сотни иголочек, которые кололи каждый миллиметр кожи. Его губы были мягкими, нежными и со вкусом фисташек, поэтому мне хотелось продлить этот момент навечно. Я точно умерла. Дрожь продолжала бить по моему телу. Трава щекотала кожу, а Патрис продолжал целовать, даже не смахнув со своего лба божью коровку, которая была невольным свидетелем происходящего.

– Кажется, я полюбила кататься на велосипеде, – я смогла сказать только это, когда Патрис отстранился от моих губ.

– И это оказалось совсем не страшно? – спросил Патрис или про велосипед, или про поцелуй.

– Не страшно… – прошептала я, а Патрис снова наклонился ко мне, чтобы поцеловать.

Потом он расстелил плед, закинул в корзинку охапку полевых цветочков для Ба, и мы продолжили лежать с ним, забыв о том, что нас могут увидеть люди. Мне было все равно, что кто-то может рассказать родителям или Ба, что я валяюсь с парнем и целуюсь. Я хотела, чтобы это не заканчивалось. Даже если Патрис подумает, что я легкодоступная.

ВСЕ РАВНО!

Могу я отключить голову и просто пожить чувствами?

А вот этим утром я проснулась, уже как диснеевская принцесса. У которой появился принц. Чтобы привести себя в порядок, я взяла плед и спустилась на улицу – немного йоги не помешает. Утро имеет свой особенный запах – сладковатый аромат свежести от росы, которая собралась на траве и цветах.

Я села в позу сапожника, чтобы расслабить мышцы ног, спины и, конечно, отпустить мысли. Но бабочки, которые порхали у меня в животе, настойчиво не давали сосредоточиться на йоге, возвращая меня ко вчерашним поцелуям. К рукам Патриса, которые гладили мне волосы и лицо. К его кудряшкам, которые немного щекотали меня, когда мы целовались. К его уверенности. К моей покорности. К его очаровательной букве «р». Это был калейдоскоп эмоций – мне хотелось петь от счастья, плакать от мыслей, что я быстро поддалась своим чувствам, танцевать от переизбытка энергии.

– Ты чем тут занимаешься? – Ба вышла на улицу.

– Решила йогой позаниматься.

– И чего не спится в такую рань?.. – пробурчала Ба и скрылась в теплице.

Настрой на йогу моментально улетучился, поэтому я пошла в ванную и приняла контрастный душ. Когда я вышла, Патрис сидел на кухне, рядом с ним был Марлон Брандо, а Ба, ревниво поглядывая, нарезала свежие овощи.