Книга Мои французские каникулы, страница 57 – Саша Паулан

– Я о ней уже неделю мечтаю! – Окрошку Ба я люблю всей душой. Могу есть ее и с кефиром, и с квасом, и просто как салат.

– Ты пробовал когда-нибудь окрошку? – прокричала Ба Патрису.

– Ба, он иностранец, а не глухой.

– Какие мы нежные…

– Нет, я никогда не ел такой суп.

– Сейчас у тебя будет вкусовой… шок, – улыбнулась я.

Ба поставила перед нами большие тарелки с окрошкой на кефире и тарелку с ароматным белым хлебом. Я считаю, что как минимум это обед богов. Разве может что-то сравниться с холодной окрошкой в жаркий день?

Патрис, на радость Ба, съел всю порцию и попросил добавки – его русские корни пробивались наружу. Ба с умилением смотрела, как он ест, и приговаривала:

– Кушай, кушай! Мы тебя откормим, хоть на человека станешь похож.

К большому разочарованию Патриса, Марлон Брандо так и не вышел из спальни Ба, испугавшись незнакомого голоса. А день плавно перетекал в уютный вечер.

❤ ❤ ❤

Вечером, после вкусного ужина, на который был картофельный пирог, а на десерт черная смородина, малина и крыжовник, Ба ушла смотреть какой-то новый турецкий сериал, выпущенный на волне успеха «Постучись в мою дверь» и овладевший разумом Ба, мы с Патрисом наконец-то остались вдвоем.

– Может быть, посидим на террасе? – спросил Патрис.

– Да, давай. Тем более я тебе обещала кое-что показать.

Мы вышли на потемневшую улицу и сели на диван-качели.

– Ой, – пискнула я. – Так похолодало. Я сейчас.

– Стой! – Патрис стянул свое худи и передал мне. – Не убегай.

Я надела кофту и утонула в ее размере и аромате парфюма. Я почувствовала себя крохотной и, посмотрев на Патриса, не могла понять, что мне нравится больше: его милые кудряшки, которые начинали сводить меня с ума, или звезды, которые россыпью бриллиантов светили в небе. С силой заставив отвести от него взгляд, я прошептала:

– А вот и обещанные звезды…

– Они и правда огромные, – Патрис смотрел на небо, немного покачивая наши качели. – Тебе все еще холодно? Ты дрожишь?

Я дрожала не от холода, а от чувств, которые стали переполнять меня. Казалось, что меня может разорвать на миллион мелких звездочек, если я постараюсь расслабиться. Меня можно было сравнить с листком, который изо всех сил пытается удержаться на ветке в октябре.

– Можно? – спросил Патрис и обнял меня, не дождавшись ответа.

А ответ и не нужен был. Я сорвалась. Листок полетел в неизвестном направлении. Было ли ему страшно? Да. Но дрожь прошла. И сил бороться с собой уже не было.

Я положила голову на грудь Патриса и под спокойный стук его сердца, кажется, даже уснула. Холодная летняя ночь завладела пространством. Я приоткрыла глаза в надежде увидеть Медведицу, которая укажет мне путь. Но страх пошевелиться и испортить это сказочное состояние оказался сильнее – я решила, что путь найду днем. А сейчас уже ночь… И ночью не получится принять правильного решения. Звезды слишком обманчивы.

После прекрасного вечера, который мы провели вместе с Патрисом, я думала, что проснусь, как диснеевская принцесса, – под пение маленьких птичек. Но проснулась я в семь утра под ужасающий крик Ба, от которого стыла кровь, птицы разлетались, кроты начинали рыть в другом направлении, а с бабочек осыпалась пыльца.

– Та-а-а-яна! – От громкости я подскочила на кровати. – Вызывай полицию! Вызывай МЧС!