Онлайн книга «Мои французские каникулы»
|
А Патрис пытался справиться со своими нахлынувшими чувствами – у него была сжата челюсть и напряжены губы. Он посмотрел на меня, и мне стало немного страшно: за недолгое наше знакомство я не видела его еще таким злым и сосредоточенным. – Это твой бывший парень? – спросил Патрис, когда мы все-таки двинулись дальше. – Нет! – Я помотала головой, словно прогоняя назойливого комара. – Игорь просто мой друг детства. – Который в тебя влюблен, – подытожил Патрис и уверенно зашагал вперед, как будто идет этой дорогой не в первый раз. ❤ ❤ ❤ Я ее уже ревную. Вот черт! Она усложнила мне все каникулы. Своей улыбкой, смехом и глазами, в которые хочется окунуться и пропасть без остатка. Прекраснее девушки я не встречал. Разные чувства переплетались во мне узлом, который будет очень сложно распутать. Да, дружок, ты попал в передрягу. Стоило только увидеть, что этот блондинчик смотрит на нее таким жадным взглядом, по всему телу пронеслась волна ненависти. Если бы он задержался еще на минуту, то я бы дал ему по его наглой физиономии. Урод. Говорят, что русские любят драться, видимо, мне передалось это от моих русских предков. Кулаки неимоверно чесались. Я постарался спрятать два своих желания куда-нибудь подальше. Первое – врезать ему. Второе – поцеловать ее. ❤ ❤ ❤ – Вот и наш дом! – сказала я, когда мы подошли к забору. – Когда я гуглил «русская дача», интернет выдал мне совсем другие фотки, – сказал Патрис, рассматривая дом. – У вас совсем не в славянском стиле. – Ты все-таки ожидал увидеть медведя с балалайкой? – Не с балалайкой, но какой-то старинный дом, с белыми резными окнами… А у вас все так современно… Мне показалось, что Патрис был немного расстроен тем, что не попал в настоящую русскую деревню, а я как раз любила нашу дачу за то, что она современная. Когда родители стали зарабатывать чуть больше, постепенно наша дача менялась – из маленького одноэтажного зеленого домика она превратилась в большой двухэтажный дом с четырьмя спальнями, гостиной, балконом, большой кухней, террасой с качелями и ванной комнатой, которая бывает не на всех дачах. Что было неизменно – аккуратные грядки, множество разных цветов, теплица, кусты крыжовника и черной смородины и большая яблоня. – Боже мой! – Нам навстречу вышла Ба. – Это и есть твой француз? – Да, Ба! – Я обняла ее и чмокнула в щеку. – Худющий какой, – резюмировала Ба, оглядев Патриса. – Кожа да кости. Конечно, на улитках массу не набрать. – Ба, это Патрис, и он понимает по-русски, – я снова покраснела из-за своей семьи. – И отлично! – Ба ни на секунду не смутилась. – Патрис, а это моя бабушка Изольда Генриховна. – Я это никогда не повторю… – Патрис рассмеялся, не обращая внимания на неудачную шутку Ба об улитках. – Идите в дом, комнату Патрису я уже приготовила. И можешь называть меня Ба. Моя спальная была на втором этаже, рядом с ней располагалась гостевая комната с балконом, которая раньше была родительской. Но с возрастом папа решил, что им с мамой нужно переехать на первый этаж. Поэтому получилось так, что весь второй этаж был в нашем распоряжении. Спальня Ба тоже располагалась на первом этаже, потому что «она уже не девочка, чтобы скакать по лестницам». – Сегодня такая жара, что я не удержалась и приготовила окрошку. – Ба встретила нас на кухне накрытым столом. |